Еще в детстве, наша соседка, возвращаясь с работы, никогда не бежала с порога на кухню готовить борщ или подтирать сопли за своей детворой.
Она ложилась на пол часа вздремнуть или просто полежать— и только потом принималась за домашнюю работу.
С явным рвенением доказывала всем, что после работы полезны игры в «Тише едешь — дальше будешь». Приводила в пример эпизод из «Москва слезам не верит», в котором Катерина, возвращаясь с завода, первым делом усаживалась на диван отдохнуть.
Я выросла, хотела жить, как та соседка с моего детства, только мне ничего не помогало. Я считала, что отдых — удел слабых, а имеющие цели должны работать двадцать четыре часа в сутки.
Подруга моя лет 10 не берет отпуск,не купается ни в Черном, ни в Красном, ни в Средиземном море, не прогуливается по улицам Парижа. Спит по 5 часов в сутки и упорно делает карьеру, искренне веря, что любая пауза отбросит ее на несколько лет назад. Вот только тело подводит: упало зрение, шалят нервы, и еще много мелких поражений.
Я долго брала с нее пример, пока не узнала о законе нейтрального положения. Он прост, как теорема Пифагора.
Для любых изменений в жизни нужна остановка. Привал. Возможность перевести дух, вытереть пот, съесть лазанью и подкрасить губы. Проверить уровень горючего в собственном энергетическом баке, чтобы избежать риска заглохнуть посреди дороги.
Паузы требуются на каждом шагу: перед прыжком в воду или в высоту, перед выходом на сцену и началом новых отношений. Чтобы солгать или сказать правду.
В жизни все ритмично: день-ночь, зима-лето, вдох-выдох. Даже на дискотеке чередуются быстрые и медленные композиции. Даже в зале тренажеры ставят на профилактику.
Так что прав был некий умник, утверждая, что в жизни обязательно должны быть моменты, когда с нами ничего не происходит: мы просто сидим и смотрим на мир. А мир в это время смотрит на нас.