Пьяненькие шалавки танцевали под зажигательные ритмы африканского фольклора, подвыпившие гопники смотрели на их тела и получали эстетическое удовольствие. И вдруг из толпы выскакивает один гопник и кричит:
- Я понял!
А на ответ ему толпа спрашивает:
- Что?
- Я понял, в чем мое предназначение и в чем счастье мое необъятное.
- И в чем же твое счастье необъятное?
Спросила у него гопота.
- Счастье мое заключается в пропивании жизни своей и наблюдении за этими танцующими тетками в состоянии алкогольного опьянения и получения от этого эстетического удовольствия…
И ответила толпа:
- А ты что? Ты в чем то другом находил счастье свое? До этого?
- Да, до этого я счастье находил во всеобъемлющей любви ближним своим. Дабы возвыситься духом своим над остальными смертными, которые, пропивая жизнь свою, наблюдают за телами этих танцующих теток и получают эстетическое удовольствие.
- Да ты блядь сука охуйел, ты че сказал то сука! Ты че ты хоть понимаешь какой моральный ущерб нанес нашим душам неокрепшим пубертатного возраста. (пубертатный возраст – подростковый возраст).
- А в чем же счастье ваше необъятное было в период отрочества?
- Счастье наше необъятное было и по сей день неизменно и заключается оно в глотке Coca-Cola-ы, в пицце от ИП Ваисльев в запахе дорогой кожи от ботинок наших в iPhone-ах наших в отцовских внедорожниках которые мы имели свойство разбивать о первый столб, в глотке текилы и в каплях апцента и на конец, в пропивании своей жизни рассматривая тела этих телок, которые танцуют перед нами в состоянии алкогольного опьянения и получения от рассматривания ихних тел эстетического удовольствия.
А шалавки все танцевали и танцевали, не переставая, не зная конца и начала…