Впервые принявшая учеников в ещё военном 1944 году, 28-я уникальна по многим причинам.
И тем, что входит в число старейших общеобразовательных учреждений Гомеля, и мало кем побитым рекордом — за 75 лет здесь сменились всего четыре директора. И, конечно, своими выпускниками, среди которых есть высокопоставленные государственные мужи, известные учёные, признанные мастера искусств. В своё время школа была второй в республике и первой в области, на официальном уровне получившей музыкальный уклон. А ещё в 28-й значительную часть педагогического коллектива составляют её бывшие ученики разных лет. Накануне юбилея они поделились своими воспоминаниями о своём втором доме.
«Преподавали музыку, будучи студентами»
Эмилия Котик, учитель музыки, в школе работает с 1964 года:
— Меня, недавнюю выпускницу музучилища, пригласила на работу Мария Владимировна Рут. Неуёмной энергии женщина. В 28-й она решила организовать музыкальный кружок, предложив мне место концертмейстера. Через пару лет благодаря её усилиям, при поддержке первого директора школы Зиновия Марковича Гершанка, а также с «благословения» композитора Дмитрия Кобалевского кружок разросся до музыкального отделения, и наша школа получила музыкальный уклон.
Работать здесь всегда было интересно и комфортно. А тогда особенно. Ведь многие преподаватели музыки были молодыми людьми, студентами музучилищ и консерваторий. Я сама ещё заочно училась в Вентспилском музучилище, но мне доверили самостоятельно вести музыкальные занятия. Так что с ребятами у нас было полное взаимопонимание.
Как-то к нам приехал тогдашний министр культуры БССР по фамилии, кажется, Минкович. Пришёл на урок ритмики к Нине Антоновне, она в это время разучивала с детьми позиции. Говорит: «Дети, встали и сделали ручки красиво. Как яичко». Все сомкнули пальцы, а кто-то из ребят переусердствовал и слишком широко расставил ладони. Нина Антоновна вслух возмутилась: «Где ты видел такое большое яйцо?». И тут в полной тишине раздаётся голос Саши Завиши, который с детской непосредственностью заявляет: «У слона!». Между прочим, министр оценил шутку, смеялся вместе со всеми. И урок, и школа в целом ему очень понравились.
А как иначе! Мы же гремели всюду. Отбор сюда был строжайший, а обучение велось по программам музыкальных школ. Со свидетельствами, которые мы выдавали, можно было поступать не только в музучилище, но и в консерваторию. Неудивительно, что мы часто становились лауреатами различных конкурсов и победителями смотров.
Многие наши воспитанники связали свою жизнь с творчеством и стали известными людьми. Это композитор Валентин Буяновский, актёр Гомельского облдрамтеатра Юрий Фейгин, хормейстер Государственной академической хоровой капеллы имени Г.Ширмы Марина Третьякова, руководитель детской эстрадной студии «Весёлые нотки» Павел Побегаев.
Естественно, не все наши ученики стали музыкантами. У нас формировались как музыкальные классы, так и не музыкальные. В этой связи вспоминается история, как наша учительница Галина Татаренко, у которой был немузыкальный класс, что-то такое умудрилась сказать родителям на первом же родительском собрании, что на следующий день все подали заявления в музыкальный класс. Хотя этого можно было не делать: если ученик из непрофильного класса изъявлял желание заниматься музыкой, ему никто не смел отказать.
Многими своими достижениями СШ №28 обязана нынешнему директору Михаилу Дорошкину.
«Любовь к рисованию появилась после двойки за четверть»
Галина Глуш, училась в школе в 1968-1978 годы, с 1997 по 2017 завуч по воспитательной работе, преподаватель изобразительного искусства и черчения:
— В моём классе было 43 человека, многие приезжали из других районов Гомеля. Стремились в нашу школу из-за музыкального отделения и той атмосферы, которая в ней царила. Мы с малых лет ощущали себя людьми творческими и очень нужными. После окончания школы не боялись поступать в самые престижные вузы нашей страны. И не только в СССР. Настолько были уверены в своих силах. Каждый из нас был талантом. Во всяком случае, в этом нас убеждали наши учителя.
Я не сразу пришла работать в родную школу. Одно время трудилась инженером-конструктором, но затем получила педагогическое образование и устроилась работать в школу. Не в эту. Хотя мои дети учились здесь. Как только представилась возможность перевестись в 28-ю, немедленно ею воспользовалась. На дворе были 90-е, школа переживала не лучшие времена, но я с радостью сюда перевелась. Всем знакомым говорила — вернулась домой.
Между прочим, будущую основную специальность я выбрала во многом благодаря нашему учителю физкультуры и рисования Аркадию Филипповичу Солодкому. Уникальный человек — фронтовик, боксёр, художник, музыкант… И вот он мне, будущему учителю рисования, влепил двойку за четверть. Дело было вот как. Однажды на урок рисования он принёс чучело вороны. Я быстро и с лёгкостью нарисовала птицу. А потом пририсовала ей галстук, как у Аркадия Филипповича, да ещё приписала внизу «Каркадий Филиппович». Пустила рисунок по классу. Все просто катались со смеху. Аркадий Филиппович листок перехватил, посмотрел, а потом заявил: «Рисуешь неплохо, а вот учителя не уважаешь». После чего во все свободные клеточки в журнале наставил мне двоек. И заявил: «Исправишь каждую — поверю, что из тебя выйдет толк». А я, упрямая, решила доказать, что толк из меня выйдет. Так и влюбилась в черчение с рисованием. Даже на олимпиадах потом побеждала.
«Фортепиано предпочитала баскетбольный мяч»
Елена Исаченко, ученица 1967-1977 годов, с 1988 года учительница начальных классов:
Когда училась в школе, играла на фортепиано, а впоследствии самостоятельно освоила гитару. По музыкальной стезе не пошла, больше любила спорт. Он в нашей школе если не культивировался, то очень даже приветствовался. В своё время я играла за сборную школы по баскетболу.
Кстати, мой папа начинал свою профессиональную деятельность в этой школе. Тогда она называлась второй железнодорожной. Помнил времена, когда вместо здания стояли солдатские палатки, которые и стали первыми аудиториями.
Для многих моих одноклассников любимым учителем был географ Михаил Андрианович Стасенков. Глобуса он не пропивал, но в свой предмет был влюблён отчаянно. О великих географических открытиях, других странах и континентах мог говорить часами. Иногда даже увлекался чересчур. Мы эту особенность подметили и стали использовать в своё благо. Был у нас в классе парень Володя, который тоже географию любил. Если класс вдруг оказывался к уроку неподготовленным, мы просили его вступить с Михаилом Андриановичем в диалог. И он покорно нашу просьбу выполнял. Весь урок они вместе обсуждали различные вопросы, часто мало относившиеся к изучаемой теме. Но слушать их было интересно. Мы так к этому привыкли, что в один момент расслабились. И вот однажды после очередного диспута с Володей, Михаил Андрианович внимательно оглядел класс и заявил с обезоруживающей улыбкой: «Переходим к новой теме. А все те, что мы проболтали, а вы прослушали, спрошу на следующем уроке. Всех, кроме Вовки». Естественно, на перемену мы пошли с очень озадаченными лицами.
«Группа крови 28-я, резус самый положительный»
Елена Быковская, училась с 1966 по 1968 годы, с 1975 года учитель белорусского языка и литературы:
В этой школе я проучилась всего два последних года. Но так в неё влюбилась, что когда предложили здесь работу, сразу же согласилась. Правда, связан был мой приход с трагическими обстоятельствами — умер учитель белорусского языка и литературы Пётр Евсеевич Кушнеров. Потрясающий человек, светлая ему память. В то время в школе учились мои братья. Мама пришла на собрание, и директор Зиновий Маркович Гершанок спросил её обо мне. Я тогда работала в районе.
Честно говоря, после Петра Евсеевича было страшно сюда приходить. Казалось, заданную им планку не то что удержать, достичь невозможно. К тому же здесь работали ещё те педагоги, которые помнили меня сопливой девчонкой. До сих пор не забуду, как стояла на ватных ногах в конце коридора и ждала, когда Зиновий Маркович пригласит меня к себе в кабинет. Умом понимала, что мы теперь коллеги, а в душе не могла избавиться от безотчётного чувства тревоги.
Но все страхи и сомнения оказались напрасны. За 45 лет работы я ни минуты не пожалела, что пришла именно в нашу школу. Здесь всегда хорошо, здесь ты чувствуешь себя нужным. Атмосфера добра, заложенная первым директором, витает здесь до сих пор. Ведь нашу школу не только сталинской когда-то называли, но и школой Гершанка. Он так сумел подобрать коллектив, что человеческое отношение друг к другу сохранилось навсегда. Сменилось не одно поколение учителей, которым здесь не устают повторять: «Любите детей. Ученики — великие труженики. И этот труд учитель обязан ценить».
Недавно абсолютно случайно встретила одного мужчину. Он сначала долго меня разглядывал, а потом поинтересовался, не в 28-й ли школе я работаю. Оказалось, он учился в нашей школе в середине 70-х всего два года, в пятом и шестом классах. Запомнил меня и несколько других учителей. И добавил, что это была самая лучшая школа, в которой он учился.
Наверное, он прав. Потому что мне не с чем сравнивать, я воспринимаю нашу школу как родной дом. И другого дома не представляю и не желаю. Как-то на одном из юбилеев я сказала, что врачам известно четыре группы крови. А я знаю пятую. Она есть у всех, кто когда-то имел отношение к нашей школе. Это 28-я группа крови с самым положительным резусом. Все единодушно со мной согласились.
«Немузыкальный «Апрель» знал весь город»
Галина Журавлёва, училась в школе с 1977 по 1985 годы, работает с 1989 года учителем музыки:
— Вчера, когда меня предупредили, что корреспондент хочет поговорить со старожилами школы, мне чуть плохо не стало. Я старожил? Да я себя помню с косичками, на худеньких ножках, стоящую в классе ритмики перед прослушиванием. Папа привёл меня в музыкальный класс. Я была очень стеснительная, поэтому не смогла проявить своих способностей. Каким-то чудом папе удалось уговорить руководство школы взять меня хотя бы в немузыкальный класс «Б». Но именно в этом классе мы с девчонками создали вокальный ансамбль «Апрель», который вскоре стал визитной карточкой школы. Наш коллектив неоднократно выступал на городских мероприятиях, нас часто снимало телевидение. «Апрель» просуществовал ещё пятнадцать лет после нашего ухода из школы. Многие участники из первого состава стали химиками, врачами, фармацевтами. С музыкой судьбу связали лишь несколько человек. В том числе и я, поступив в музучилище имени Н.Соколовского. Конкурс был побольше, чем в университет. Но наших туда поступило трое. На практике была в родной школе, после получения диплома примерно год работала в филармонии. Но затем всё равно вернулась в эти стены.