Еще со времен средневековья осужденному оставляли право на последнюю трапезу, которую приготавливали соответствии с предпочтениями человека вот-вот готового сказать этому миру прощай. Независимо от того, какие именно страшные преступления совершил осужденный. На смерть это право по закону считалось неприкосновенным, поэтому смертнику всегда предоставляли самые изысканные блюда.
Во Франции и некоторых других странах существовала традиция, когда палач лично разделялся осужденным последний прием пищи. Данный ритуал символизировал некое соединение между двумя людьми. И по сей день этому обычаю удалось сохраниться в ряде современных стран.
К примеру в США по этой аналогией смертник вправе потребовать в качестве трапезы все, что ему придет в голову.
Но как с этим делом было в СССР? В этой стране процедура приведения приговора в исполнение отличалась во времена большого террора и в период позднего ссср. В 1937 году смертной казни ,как правило, исполнялись едва ли не в тот же день ,как были оглашены и естественно при такой системе какие-то там претензии на трапеза перед смертью воспринимались палачами просто как неудачная шутка смертника. Без особых церемоний волокли в подвал, где его уже дожидался исполнитель с маузером или вальтером. Блохин, один из палачей сталинских времен, имел обыкновение надевать перчатки и фартук, а за смену ему удавалось лишить жизни 10 человек.
В эпоху Хрущева и прежнего ситуация поменялась. Безжалостная вереница репрессии сбавила свои обороты, теперь заключенным давалось время перед казнью для составления жалоб и просьб о помиловании. Во время обязательного рассмотрения этих прошений смертника держали следственном изоляторе особого назначения. О дате казни осужденного заранее не предупреждали. Прокурор попросту сообщал,что прошение о помиловании отклонена и приговор должен быть немедленно приведён в исполнение. Через несколько мгновений человека уже приветствовала расстрельная команда в другом помещении и опять же нетрудно себе представить что в подобных условиях о последней трапезе можно было даже не заикаться. Смертники попросту съедали свой обычный тюремный рацион сезон при этом даже и не подозревая что эта скудная стряпня возможно последнее удовольствие в их к несчастной жизни
