Любовь, та самая, которая – до конца дней, и никто другой не нужен, находит нас разными путями. Иногда – очень запутанными, почти окольными… Первый рассказ об этом - здесь. Кому интересно - почитайте. А я продолжаю сказки своего Рода.
Северная сказка
Моя юная бабушка, жившая в Питере, решила связать свою судьбу с молодым военным. Летчиком. Они поженились, но жили вместе очень-очень мало – меньше года. А потом началась война. Летчик этот попал на север, в полярную авиацию. Бабушка, как медик, тоже отправилась на фронт… практически на передовую. Или даже без «практически». «Зайцева гора», «Ржев» - эти названия многое скажут тем, кто помнит о страшных боях тех лет. И позади бойцов, очень недалеко от того места, где кипел очередной бой, стояли передвижные палатки с красным крестом. Те самые, в которые тащили и везли самых тяжело раненых… тех, кто до тылового госпиталя просто бы не дотянул. В одной из таких палаток была и моя бабушка…
Мы с ней спали в одной комнате. И перед сном она мне иногда рассказывала о войне. Я хорошо помню ее негромкий, спокойный голос. Размеренный такой... будничный. Таким же голосом она рассказывала и сказки. Но, не смотря на этот спокойный голос, мне было жутко. Я даже представать себе не могла, как они там и тогда умудрялись не только выживать, но и оставаться людьми….
- Наш госпиталь двигался за передовой. Хуже всего было под Ржевом. Все раненые к нам попадали, а потом уж их дальше отправляли. То страшное было время – операции шли непрерывно, только несколько часов на сон давали, да поесть иногда удавалось. А чаще всего даже в туалет отойти было невозможно, любая минута могла кому-то стоить жизни. Так все делали, не отрываясь от операций. Потом уж из сапог выливали, когда находилось время переодеться. Оперировали в палатках, и один раз осколок в палатку залетел, разрезал ее. Я только оглянуться успела, и увидела, как голова подруги покатилась по земляному полу – осколок срезал ее, как топор. Потом это так и стояло перед глазами. И даже заплакать нельзя было: операция шла. Не было времени на мертвых – только на живых.
От мужа бабушка сначала получала редкие письма, а потом они перестали приходить. И найти о нем никаких сведений она не могла. До 43го года…. Когда он объявился так же внезапно, как и пропал. Нашел бабушку, и вызвал ее к себе, на Новую землю. Так как они были женаты – он имел право так сделать. До того не мог - его перебрасывали с места на место, а потом он был очень серьезно ранен. Настолько серьезно, что едва выжил. О полетах речи уже не шло, и место службы теперь было стабильным.
Казалось бы – надо радоваться! Любимый человек жив, они будут вместе, да и на Новой Земле пусть тоже очень тяжело, но все же не передовая. Наверное, бабушка и радовалась… сначала. Только не долго:
- Война многие судьбы перепутала да перекрутила. Вот и муж мой… Сестричка его выходила, молоденькая. Это частая история была тогда, что ж делать: жизнь. Полюбил он ее. Но меня обманывать не стал, честно все рассказал, как приехала. А к себе вызвал, чтобы спасти: на Севере легче было, хотя и пришлось освоить собачью упряжку. А как приехала он почти сразу же и развелся со мной. Вышла я из ЗАГСа, березу обняла, и стою – реву. Света белого не вижу, как жить не знаю. А тут кто-то меня обнимает со спины и на ухо шепчет: «Не плачь, милая. Развелась – а теперь пойдем обратно, жениться будем! Я тебя никогда не обижу. А если муж твой бывший не ушел еще - так пусть видит, что ты любима!». Это твой дед и был. И я поверила ему. Как в сказке. Хотя какие там сказки на войне? И жили мы с ним душа в душу, а ведь могли и не встретится, хоть и оба из Питера были, как потом оказалось.
Вот такая история. Совсем не похожая на рассказ о второй моей бабушке – «Рыжий черт».
А знаете ли вы, как влюблялись ваши бабушки и дедушки? Мамы и папы? Или, может быть, и ваша собственная любовь похожа на сказку? Расскажите!
Буду благодарна за лайки, и еще больше - за комментарии.