О вреде пьянства... Встречаются два друга. - Вася, это дело надо обмыть. - Нет. Меня тогда жена не пустит домой. - Это чепуха. Я всегда так делаю: перед дверью раздеваюсь, а потом звоню. Жена открывает, а я одежду в прихожую кидаю. Жена впускает: не оставит же она меня на улице голого. В общем, выпили. Василий подходит к двери, раздевается. Дверь открывается, он бросает туда одежду и слышит: «Следующая станция Щелковская. Осторожно, двери закрываются». Пьяный идет по улице и то и дело натыкается на столбы. Наконец он отходит в сторону от дороги и чего - то ждёт. - В чем дело, гражданин? - обращается к нему полицейский. - С этой демократией житья не стало: вот жду, когда очередная демонстрация пройдет. Парень приводит в дом девушку. Та сидит весь вечер и молчит. Наконец мать парня говорит: - Сейчас такая молодежь. Все курят и пьют. А вы? Девушка ужасно хриплым голосом: - А я нет. Я уже больше не могу...
О вреде пьянства...
Встречаются два друга.
- Вася, это дело надо обмыть.
- Нет. Меня тогда жена не пустит домой.
- Это чепуха. Я всегда так делаю: перед дверью раздеваюсь, а потом звоню. Жена открывает, а я одежду в прихожую кидаю. Жена впускает: не оставит же она меня на улице голого.
В общем, выпили. Василий подходит к двери, раздевается.
Дверь открывается, он бросает туда одежду и слышит: «Следующая станция Щелковская. Осторожно, двери закрываются».
Пьяный идет по улице и то и дело натыкается на столбы. Наконец он отходит в сторону от дороги и чего - то ждёт.
- В чем дело, гражданин? - обращается к нему полицейский.
- С этой демократией житья не стало: вот жду, когда очередная демонстрация пройдет.
Парень приводит в дом девушку. Та сидит весь вечер и молчит. Наконец мать парня говорит:
- Сейчас такая молодежь. Все курят и пьют. А вы?
Девушка ужасно хриплым голосом:
- А я нет. Я уже больше не могу...