Найти в Дзене
Тоня Шагиева

Чему мы учим детей, когда заставляем их делиться игрушками?

Макс однажды (было ему лет 5) пришел из детского сада и пожаловался: «Мне дети говорят, что я жадина! Почему они так говорят?» Спрашиваю: «Расскажи подробнее, сын, как это бывает?» Макс: «Я некоторые игрушки даю друзьям, а некоторые — нет. И они обзываются. Что мне делать?» Я: «Ничего, малыш. Они так злятся, что ты им не даешь что-то свое, а им это хочется получить. Но ты имеешь право сам решать, давать или нет, делиться или нет. Ты про себя это запомни: делиться можно не тогда, когда кто-то требует, а тогда, когда сам хочешь. Но надо спокойно относиться и к тому, что тебе тоже кто-то что-то не даст. Другие дети тоже могут сами решать, хотят они делиться или нет.» Задумался, запомнил, кивнул головой. И ведь во взрослой жизни у нас то же самое. Когда ты не хочешь чем-то делиться (временем, энергией, да хотя бы и какими-то материальными штуками), то будешь чувствовать себя плохо, если переступишь через свое желание. И будешь ждать, что другие оценят твой подвиг, а они не оценят. И

Макс однажды (было ему лет 5) пришел из детского сада и пожаловался: «Мне дети говорят, что я жадина! Почему они так говорят?»

Спрашиваю: «Расскажи подробнее, сын, как это бывает?»

Макс: «Я некоторые игрушки даю друзьям, а некоторые — нет. И они обзываются. Что мне делать?»

Я: «Ничего, малыш. Они так злятся, что ты им не даешь что-то свое, а им это хочется получить. Но ты имеешь право сам решать, давать или нет, делиться или нет. Ты про себя это запомни: делиться можно не тогда, когда кто-то требует, а тогда, когда сам хочешь. Но надо спокойно относиться и к тому, что тебе тоже кто-то что-то не даст. Другие дети тоже могут сами решать, хотят они делиться или нет.»

Задумался, запомнил, кивнул головой.

И ведь во взрослой жизни у нас то же самое. Когда ты не хочешь чем-то делиться (временем, энергией, да хотя бы и какими-то материальными штуками), то будешь чувствовать себя плохо, если переступишь через свое желание. И будешь ждать, что другие оценят твой подвиг, а они не оценят. И будешь обижаться, что тобой пользуются. А они, эти другие люди, просто захотели — и получили, и им невдомек, какого напряжения сил тебе это стоило.

Я вот никогда не понимала и не пойму, что движет людьми, которые заставляют своих детей делиться? Вот эти вот: «Отдай машинку, пусть мальчик тоже поиграет!» (блин, даже имени мальчика не знают, почему вдруг этот мальчик стал важнее собственного ребенка?) и «Видишь, как он плачет, ну поделись с ним!» (мало ли кто и почему плачет? Всем все отдавать теперь?).

Чему эти люди хотят научить своих детей? Состраданию? Так ему НЕ ТАК учатся. А на примере родителей, только и всего. Доброте? Тоже мимо, доброта идет изнутри, а не снаружи. Скорее, учат, что надо переступать через себя и свои желания. Что другие люди важнее, чем ты самя Что твое мнение на фиг ни кому не интересно.

Или как?