Недавно была опубликована статья Jason Kilborn «Fatal Flaws in Financing Personal Bankruptcy: The Curious Case of Russia in Comparative Context», в которой автор анализирует личное банкротство в России. Сравнение российского и международного опыта открывает интересные моменты в российском банкротном праве.
Первое, что отмечает автор, это «Russian-style bureaucracy», т.е. сильную забюрократизированность процедуры, когда под любое действие должна быть бумажка. Обязательность предъявления данных бумаг прописана в Статье 213.4. Закона о банкротстве. В числе документов, которые обязан собрать потенциальный гражданин – банкрот, не только документы о всех сделках за последние 5 лет, копии страхового свидетельства и т.д., но и документ о статусе ИП, полученный на основании выписки не ранее чем за пять дней до подачи заявления, что особо удивило автора.
Далее Jason Kilborn критикует заложенное в законе о банкротстве отсутствие мотивации для арбитражных управляющих браться за такие дела. Вознаграждение крайне мало – всего 25 000 руб., вместе с тем, очень большая ответственность за допущенные ошибки. В России очень часто арбитражных управляющих дисквалифицируют за малейшие погрешности, допущенные во время процедуры.
По мнению автора работы, ситуацию могло бы улучшить:
· Назначение арбитражных управляющих в процедуру;
· Максимальное упрощение процедуры, что позволило бы управляющим брать гораздо больше дел;
· Государственное финансирование процедуры личного банкротства;
Кроме того, как считает автор, от каждой СРО, работающей в каждом регионе, следует потребовать выдвинуть определенное количество кандидатур, желающих принять участие в делах о банкротстве граждан, в обмен на право членов этой СРО быть назначенными в хорошо оплачиваемые дела о банкротстве юридических лиц.