Как удивительно мало иногда нужно, чтобы оказаться в чужих глазах непорядочным человеком.
Есть такая замечательная игра, «Мордхау». Её начал делать увлечённый аспирант из Словении, Марко Гргурович, потом к нему присоединился ещё любитель средневековья, потом ребята показали свои наброски на «Кикстартере» и ценители хороших игр за сутки собрали им больше ста тысяч долларов, которых и хватило на разработку полноценной игры.
Когда сообщество проявляет такое единодушие, нередко получается шедевр. Не было осечки и на этот раз: несмотря на очень скромный бюджет, «Мордхау» просто великолепен. Никакой рекламы, никакого доната, никаких гей-романсов и лутбоксов — одни только средневековые бои от первого лица. Надеваешь доспехи, берёшь меч или кувалду и бежишь штурмовать вражескую крепость. Сложно, интересно и реалистично. Рекомендую… особенно в том случае, если вы предпочитаете напрягать скорее спинной мозг, нежели головной.
Так вот, по поводу рапир. Вначале я участвовал в сражениях 32 на 32, но позже мне это надоело, и я переключился на поединки. Противники с мечами, топорами, секирами, тесаками и прочим разнообразным холодным оружием дрались «честно», — механизм ранжирования подбирал оппонентов примерно моего уровня, — а вот ребята с рапирами вызывали у меня некоторую фрустрацию. Иногда мне удавалось их успешно зарубить, но иногда они с кажущейся лёгкостью «затыкивали» меня рапирой, оставляя ощущение явной несправедливости. Рапира казалась мне «читерским», «несбалансированным» оружием.
Понимая, что разработчики игры потратили много времени на выравнивание баланса, и зная, что рапира стоит не так уж много игровых очков, я сознавал, что никакой ошибки тут нет, и что проблема тут просто в том, что я не умею правильно сражаться против любителей рапиры. Как говорят копы в американских боевиках, «чтобы поймать преступника, нужно думать, как преступник»: я сменил своё любимое оружие на рапиру и начал смотреть, как будут другие игроки парировать мои тычки.
Чего же только я о себе не услышал!
Некоторые начинали изрыгать ругань сразу же, едва только завидев рапиру в моих неумелых руках. Другие вначале терпели молча, но срывались на брань, проиграв первый из пяти раундов. Одни матерились грязно, другие изобретали цветастые, изысканные оскорбления. Третьи пытались всерьёз достучаться до моего сердца, убедительно и аргументированно доказывая мне, какой же я урод…
Их ругань имела под собой некоторые основания: играть с рапирой и вправду было чуть-чуть легче, чем с тяжёлым оружием, и я даже сумел незначительно улучшить свой игровой рейтинг. Вместе с тем выяснилось, что волшебной палочкой рапира не является: более опытные игроки расправлялись со мной безо всякого труда, и я, внимательно изучив их приёмы, также начал более успешно противодействовать легковооружённым фехтовальщикам. Тем не менее было довольно забавно видеть убеждение некоторых игроков, согласно которому их противник должен был по какой-то причине добровольно отказываться от полностью легальной, разрешённой правилами игры рапиры.
Особенно сильно огорчили меня игроки из Европы. За всё время моих опытов им даже в голову не пришло выругаться на мою рапиру. Когда один из них произнёс в сердцах матерное слово (проигрывая мне 4:1), я было даже обрадовался, что и там люди не лишены человеческих эмоций, и попросил европейца уточнить, что он имеет в виду. Увы: воспитанный европеец уточнил, что таким образом всего лишь досадует на свою собственную оплошность.
Позже выяснилось, что европейцы также сочли официальные правила «Мордхау» несовершенными, и также дополнили их собственным ритуалом. Однако если наши игроки обрушивают свою неформальную ярость на тех, кто пользуется рапирой, то европейцы ввели другую традицию — не добивать обезоруженного игрока, но по-рыцарски позволять ему поднять выбитое из рук оружие. В случае нарушения этого правила европейцы начинают возмущённо кричать: «No honor!», «Бесчестье!».