Когда самец и самка рыбы спариваются, их тела сливаются в единое целое. Уже бесполезные части тела самца, такие как глаза и плавники, отпадают. Он проводит остаток своей жизни, привязанный к ней, как паразит, получая от нее пищу и регулярно обеспечивая ее детьми, когда она готова к зачатию.
Глубоководные удильщики или же церациевидные, или же морские черти— подотряд глубоководных лучеперых рыб из отряда удильщикообразных. Представители обитают в толще воды на больших глубинах Мирового океана.
В течение 19-го века, ученые начали открывать, описывать и классифицировать глубоководных рыб-удильщиков из данного подотряда. Но была одна проблема. Все экземпляры, которых они находили, были женского пола, и они понятия не имели, где находятся самцы и как они выглядят.
Так было до 1920-х годов. В 1922 году исландский биолог Бьярни Сэмундссон обнаружил самку глубоководной рыбы-удильщика с двумя более мелкими рыбами, присосавшихся к ее животу. Он предположил, что это была мать и ее дети, но был озадачен их расположением.
“Я понятия не имею, как и когда личинки или детеныши привязываются к матери. Я не могу поверить, что самец прикрепляет яйцо к самке. Это останется загадкой для будущих исследователей”, — писал Сэмундссон.
Когда Саэмундссон столкнулся с этой проблемой, ее подхватил Чарльз Тейт Риган, работавший в Британском Музее Естественной истории в 1924 году. Риган также нашел маленькую рыбку, прикрепленную к самке удильщика. Когда он вскрыл ее, то понял, что это был не другой вид рыбы или ее ребенок. Это был ее супруг.
"Пропавшие" самцы были там все это время, просто неузнаваемые и неправильно классифицированные, и Риган и другие ученые вскоре выяснили, почему самцы удильщиков выглядели так по-другому. Им не нужны приманки или большие рты и зубы, потому что они не охотятся. А не охотятся они, потому что у них есть самки. Самец удильщика, писал Риган, является “всего лишь придатком самки и полностью зависит от нее в питании". Другими словами — паразит.
Когда самцы отправляются на поиски своей любви, они следуют за специализированным феромоном, которая вырабатывает самка. Как только самец находит подходящую пару, он впивается ей в живот и держится, пока его тело не сольется с ее телом. Их кожа соединяется вместе, как и их кровеносные сосуды, что позволяет мужчине получать все необходимые питательные вещества из крови своей партнерши. Две рыбы по существу становятся одним целым.
С его телом, привязанным к ней таким образом, мужчине не нужно утруждать себя такими вещами, как плавание или еда. Части тела, которые ему больше не нужны — глаза, плавники и некоторые внутренние органы — атрофируются, дегенерируют и увядают, пока он не становится чуть больше куска плоти, висящего на самке, забирающего у нее пищу и снабжающего спермой всякий раз, когда она готова к спариванию.
Для глубоководных удильщиков, которые могут лишь изредка сталкиваться друг с другом в морской бездне, такой странный брачный ритуал является необходимой адаптацией, чтобы держать партнеров под рукой и гарантировать, что всегда будет больше маленьких рыб-удильщиков. И для нас это напоминание о том, что естественный мир часто так же странен, как и любая выдумка, которая может только прийти к нам на ум.
"Быть ведомым навязчивым запахом, лететь сломя голову к ней, в такой огромной и беспросветной темноте, чтобы намеренно проесть дырку в ее мягком боку, чувствовать ее кровь по своим венам, потерять все, что отличало тебя от червя, стать безмозглым, бессмысленным существом, которое когда-то было рыбой — вымысел чистой воды, в который невозможно поверить, пока сам не увидишь это воочию", — Уильям Биб, натуралист, 1938 г.
Редчайшие кадры супружеской пары глубоководных удильщиков:
Переведено с любовью,
Команда Today I Learned.
Оригинал статьи: https://www.mentalfloss.com/article/57800/horrors-anglerfish-mating