Мой ангел горбат и уродлив. На коленках синяки, на губах смиренная улыбка. Ростом не больше метра с нимбом, а руки длинные как жерди.
Он нервно кашляет, извещая о своём приходе, шаркает прохудившимися ботинками по палате и тычет меня в спину худым пальцем.
— И откуда ты такой взялся, чудо в перьях, — ворчу я вместо приветствия. — В небесной канцелярии сейчас что, недобор? Нехватка кадров, и поэтому на должность хранителей берут гномов?
Мой ангел не сердится. Улыбается как всегда лучезарно-светло и хлопает меня по плечу. Иногда я думаю, а слышит ли он меня вообще — или остаётся глух к моей желчи? Кусаю губы, чтобы опять не сказать ему гадость.
Мой ангел достаёт из-за спины большой букет цветов, вручает подарок, смущаясь, и щеки его краснеют. Беру цветы и жадно вдыхаю их аромат. Несколько белых лепестков падают на пол к моим босым и худым ногам. Запах цветов дурманит, и на секунду я наполняюсь таким счастьем, что забываю, где нахожусь.
Цветы прохладные и нежные, и мне они знакомы. Конечно, как я не сообразила сразу — они растут на клумбе возле больницы. Вернее, росли. Я видела их много раз из окна и знаю, что за ними ухаживает старый дворник. Ох, и будет же он завтра ругаться... От этой мысли смеюсь в голос, и улыбка моего ангела становится шире.
— Хозяйка довольна? Твой смех — лучшая награда для Ганди.
И заглядывает мне в лицо карими глазами. Божий щенок...
Ненавижу, когда он так делает. Ненавижу, когда называет хозяйкой. Бросаю цветы на пахнущий хлоркой пол и цежу сквозь зубы:
— И чего ты тут шатаешься? Чего липнешь ко мне каждый день со своей глупой ухмылкой и дурацкими вопросами? Лучше б ты меня вылечил, карлик!
Ганди силится что-то сказать, но нужных слов нет, и он кидается собирать цветы. Знаю, мои слова его не трогают, но его огорчает злоба «хозяйки». Да и какая я хозяйка? Не могу справиться с собственной жизнью, не говоря уж о большем. Собрав цветы в охапку, Ганди кладёт их на тумбочку, набирает воду в пустую стеклянную банку и не спеша пристраивает цветы в новоиспечённую вазу.
Ни с того, ни с сего заявляет:
— Ганди тебя сам выбрал давно. Увидел, что тебе будет тяжелее других, и выбрал. Ты хорошая.
Сажусь на краешек кровати. Глаза щиплет от подступающих слёз, и мои плечи содрогаются. Я рыдаю от незамысловатых слов Ганди и не могу остановиться. Последний раз я так плакала от страха — когда Ганди явился ко мне впервые. Он тогда влез в открытое окно, свесил кривые ноги с подоконника и, широко улыбаясь своей блуждающей улыбкой, сказал:
— Здрасьте, Ира. Я — ваш ангел...
С тех пор прошёл уже месяц. Ганди приходит ко мне каждый день, приносит подарки и радует как умеет. Я складываю его незамысловатые дары в жестяную коробку из-под печенья и, когда мне грустно, разглядываю её содержимое. Гладкие камушки, птичьи перья, ржавый значок, монетки, сушёные листья и даже игрушечный солдатик — чего там только нет. Рассматривая сокровища, я словно возвращаюсь в детство, безоблачное и уверенное в завтрашнем дне.
Я благодарна Ганди. Но никогда не говорю ему об этом, и даже наоборот, без конца ругаю за всё на свете — за то, что шмыгает носом, за то, что пачкает ботинками чистый пол, и даже за его горб.
Ганди в ответ лишь улыбается, точь-в-точь как херувим, и пожимает плечами в растянутом свитере.
— Мой горб — это сложенные крылья, — неизменно отвечает он.
— Тогда расправь их! Хоть чуть-чуть, но станешь краше. И отдалённо, конечно, но будешь похож на ангела.
— Ну что ты, хозяйка. Зачем мне крылья? Я же по земле хожу, а тут они ни к чему. И зачем Ганди красота? Мне и твоей хватит ещё лет на триста вперёд.
И шаркает по палате старыми ботинками...
У меня кружится голова, и я ложусь в кровать. К горлу подкатывает тошнота, и я дышу глубоко, пытаясь её унять. Ганди садится рядом на стул и держит меня за руку. Читает мне стихи. Дурацкие до ужаса. Понятное дело, сам сочинил. Тошнота проходит, и я закрываю глаза, собираясь уснуть. Я улыбаюсь Ганди и шепчу губами извинения. Чувствую, как он кивает, чуть заметно, но как всегда светло. Я говорю «спасибо» за то, что он в меня верит.
С Ганди мне совсем не страшно. Он научил меня верить в свет, несмотря ни на что, и я заранее завидую тому, кого он будет охранять после меня. Вот уж будет счастливчик. Я засыпаю, и по губам моим блуждает улыбка.
Мой ангел горбат и очень красив.
Автор: Эким Кедэри