В одном из баров израильского курортного городка Нетанья вечером собирается публика. Стендап-комик Дов Гринштейн готовится отпраздновать на сцене день рождения. Но вместо того, чтобы смешить зрителей, устраивает форменный беспредел: сначала обрушивает на них поток неполиткорректных шуток, а потом изливает душу.
Coming out Гринштейна, вкратце, таков: пока шокированные зрители потихоньку покидают зал, артист рассказывает о трагическом инциденте, который случился с ним в юности. Находясь в военном молодежном лагере Гдады, парень узнал, что умер кто-то из его близких, и отправился на похороны. Правда, подростку так и не сказали, кто погиб — мама или папа. По дороге Дов вообразил, что именно на нем лежит ответственность выбрать, кто умер, а кто остался. И это изменило его жизнь.
Уже этого начала (воронка шуток, в которую тебя затягивает, а на донышке получаешь совсем другое) — достаточно, чтобы назвать «Как-то лошадь входит в бар» достаточно остроумной, и не только в плане юмора, книгой. Но Давид Гроссман идёт дальше — вводит персонажа-«зеркало»: в зале присутствует старый друг Гринштейна, судья Авишай Лазар. С ним главный герой не общался со времен в молодежном лагере, но вот пригласил на провальное шоу. У Лазара своя версия событий. А ещё — недавняя травма, которая позволяет пересмотреть прошлое.
Давид Гроссман. Как то лошадь входит в бар. М.: Эксмо, 2019. 320 с.