Комик, Нью-Йорк, 52 года
вне сцены я стараюсь говорить как можно меньше, чтобы иметь возможность незаметно испариться. Для меня это нормально.
я не сожалею о том, какую дорогу выбрал. Короткий путь быстрее приведет тебя к концу, но порой ты просто не хочешь нестись по жизни.
дела у меня не клеились до тех пор, пока мне не исполнилось 42.
комиков в начале девяностых вообще ни во что не ставили. Вечерами я выступал в клубах, но хозяева
не платили. Я спрашивал: «Где гонорар?» — мне отвечали, что просто не будут платить. Пять лет я практически голодал.
когда я начал неплохо зарабатывать, я… испугался!
люди в последнее время чувствуют себя клиентами всего на свете: им необходима уверенность в том, что, если кто-то нарушит их права, например оскорбит, они могут позвонить в клиентскую службу. Мне искренне жаль тех, кого оскорбляют слова.
признаться в том, насколько все плохо, и посмеяться над этим — прекрасный опыт. Это лекарство.
знаю многих, кто потерял работу, но не потерял умение шутить.
если бы у вас был реактивный ранец, могу поспорить, многие из вас думали бы так: «Говно этот ранец, ненавижу его. Когда уже новую модель выпустят?»
оказавшись в захолустном городишке ради единственного выступления, надо утром встать пораньше и пройтись перед шоу, понаблюдать и хорошенько все запомнить.
жизнь любого живого существа обычно заканчивается, когда его съедают. Любого — но не человека. Мы единственные, кто может себе позволить умереть в постели от старости.
больше всего на свете ненавижу надевать носки. Даже если одна моя бабушка убьет другую мою бабушку, худшим моментом этого дня все равно будет тот, когда я надевал носки.
женщина, которая соглашается пойти на свидание, точно сумасшедшая, хотя род человеческий напрямую зависит от этого ее решения. Я до сих пор удивляюсь, как женщины ходят на свидания с мужчинами, хотя
для женщины, пожалуй, нет более страшной угрозы, чем мужик.
я уже пять лет в разводе. И это пока лучшая часть моей жизни. Буквально каждый год лучше предыдущего.
свадьба — личиночная стадия, которую человек проходит на пути к настоящему счастью. А настоящее
счастье — в разводе.
никто не смотрит видео с вашими детьми в фейсбуке, я вас уверяю.
пока у тебя бекон во рту, не важно, что сейчас происходит в политике. Каждый раз, когда я ем бекон, я думаю, что можно умирать прямо сейчас — так прекрасна моя жизнь.
стоит мне сесть за руль, как моя система ценностей моментально меняется. Я превращаюсь в самую худшую
и опасную версию себя.
может быть, каждое великое творение в истории было создано руками рабов. «Как они построили эти пирамиды?» — ну как: заставили людей страдать и умирать, пока они все не доделают.
до сих пор не знаю, как начинать свои выступления: что бы я ни говорил со сцены в самом начале, звучит глупо. Потому что у меня нет объективной причины к вам обращаться.
остаться одиноким и с детьми после десяти лет брака — это как иметь на руках валюту страны, которая перестала существовать.
мы все помешаны на детях, мы все делаем ради них. Но при этом мы совершенно не знаем, как их воспитывать, и прилагаем к этому ничтожно малые усилия.
америка одержима проблемами белых людей. Это когда твоя жизнь прекрасна, но ты намеренно ее портишь, чтобы было о чем погрустить.
я глуп, и это беспокоит меня. Мне хочется быть еще глупее.