В школе, когда я учила немецкий, я даже подумать не могла, что буду жить в Германии. Скажи мне кто-нибудь, что я побываю за границей, я бы не поверила. Это было для меня нереально, невозможно.
Помню, я училась в школе, когда в передаче Крылова о путешествиях увидела Кельн. Смотрела на эту красоту, и от мысли, что я никогда не смогу увидеть это воочию, у меня текли слезы.
Я окончила школу в 97-м году, родители были уже пенсионерами, а как вы помните, выплату пенсий тогда задерживали. Я видела, как им нелегко приходится. Мы переехали на Кубань с Севера. Все их заслуги на производстве остались там, вместе с налаженным бытом, связями, какими-то возможностями. Родители изо всех сил старались помогать мне.
Когда я поступила в институт, мы жили очень скромно. Я тоже старалась быть экономной и не позволяла себе никаких излишеств. Так что наше материальное положение на тот момент меньше всего допускало мысли о поездках за границу.
Поступить в институт без денег и тогда, и, наверное, сейчас очень сложно.
Я выбрала вуз, будучи уверена, что точно в него поступлю, а специальность ту, которая мне нравилась. Если бы я не уехала в Германию, то преподавала бы сейчас на кафедре в своем институте. На четвертом курсе мне предложили поработать в школе, сказали, ты же все равно у нас на кафедре останешься, хорошо, если у тебя будет практика.
Поработав, я поняла, какой это адский труд. Школа находилась в одном из отделений совхоза “Сад-Гигант”. Родители тех, кто учился в ней, работали в этом хозяйстве, и дети связывали с ним свое будущее. Мой немецкий им даром был не нужен.
А мне, помню, чтобы добраться до школы, приходилось вставать в пять утра, несколько пересадок на автобусе, томительное ожидание на остановках. Я никогда в жизни так не мерзла, как той зимой. Появлялась в учительской совершенно окоченевшая, выдыхала “уф” и потихоньку начинала приходить в себя.
Няней в Германию
Один из молодых преподавателей нашего института спросил, почему я не делаю попыток поработать за границей. Рассказал, что существуют агентства, которые для работы в обеспеченных семьях Европы и Америки ищут гувернанток и домработниц из Восточной Европы.
Еще посмеялся, что его знакомый таким образом устроился в семью для выгуливания собак. В России тогда уже появлялись фирмочки, которые заключали с такими агентствами договора и выступали их посредниками. На кафедре в институте был Интернет. Я подумала, зачем мне посредники, немецкий я знаю хорошо, все анкеты и договора смогу заполнить сама.
Связалась с агентством напрямую. Мне предложили работу гувернантки в семье, которая жила недалеко от Франкфурта-на-Майне.
Помню море огней, которые я увидела, когда наш самолет приземлялся во франкфуртском аэропорту. Когда я вышла в город, мне показалось, я попала в сказку, все такое чистенькое, миленькое, такое красивое, уютное.
Дорогу из России в Германию мне не пришлось оплачивать самой.
Все затраты брала на себя принимающая семья. Они жили не в самом Франкфурте, а в деревне неподалеку. В мои обязанности входило заниматься с их малышом. Но надолго я в этой семье не осталась, потому что ребенок оказался очень избалованным. Когда родителей не было, мы хорошо общались, но когда они возвращались, он капризничал, кричал.
В общем, мы не нашли с ним общего языка и агентство предложило мне работу в другой семье, которая жила недалеко от Мюнхена. У них не было детей. В мои обязанности входили уборка в доме и приготовление еды. Здесь я чувствовала себя очень комфортно. Работа абсолютно меня не утруждала, свободного времени оставалось много.
У хозяев был свой кинотеатр, в который приходили местные жители, а кроме этого, небольшой кинозал дома, где они устраивали просмотры новых фильмов для узкого круга друзей.
Таким образом, у меня была возможность посмотреть все нашумевшие премьеры раньше, чем они появлялись в прокате. Вместе с семьей я ездила в отпуск, мы были в горах. Отношения складывались дружеские, я не чувствовала себя чьей-то рабыней.
Иногда я заходила на страницы немецких городов, оставляла в гостевых книгах информацию о себе, о своем желании найти друзей по переписке, чтобы упражняться в письменной речи и побольше узнать о жизни немцев. О замужестве тогда не думала.
Для меня не стоял вопрос зацепиться там любой ценой. В Германии я хотела как следует выучить язык и после того, как закончится контракт в семье (а он не может быть больше года, продлить его нельзя), планировала поехать в Лейпциг, поступить в университет и получить специальность переводчика. Я хотела как следует выучить немецкий и вернуться в Россию специалистом высокого уровня.
Выйти замуж, чтобы остаться там, мысли не было.
Дитер…
Это произошло на концерте. Я пришла туда со своим знакомым, он представил меня своему другу, увидев которого я поняла, что влюбилась. Как мне тогда казалось, совершенно безнадежно. Для Дитера я была девушкой его друга, он не знал, что мы просто друзья. Мы с Дитером не жили в одном городе, чтобы случайно где-то столкнуться. Вариантов на продолжение отношений было ноль. Помогла общая знакомая, которая намекнула Дитеру о моих чувствах.
Сначала он испугался, что девушка из России хочет использовать его в своих корыстных целях. Некоторое время, как мне показалось, он испытывал мои чувства. На первое свидание приехал в шлепках и шортах. А я на каблуках. Не повел меня в какое-нибудь красивое место, как это у них принято, а наоборот, выбрал кафешку на улице между жилыми домами. Но, помню, глянет Дитер на меня своими голубыми, самыми красивыми на свете глазами - и сердце мое тает, забывала и где я, и про уставшие ноги.
Мы поженились через восемь месяцев. Вообще-то немцы часто живут в гражданском браке. И мужчины, и женщины не спешат под венец, все хотят пожить в свое удовольствие, сделать карьеру, поэтому женятся и выходят замуж поздно. Но у нас был особый случай.
Заканчивался срок моего пребывания в Германии. За новой визой надо было ехать в Москву. Я боялась, что мне ее могут не дать.
Дитер успокаивал, что в этом случае он приедет в Россию, и мы распишемся. Но я понимала, что, расставшись надолго, мы можем просто потерять друг друга. Все последние дни я была очень грустной, Дитер это видел.
Предложение он сделал очень просто. На коленях с букетом цветов не стоял. Подсел тихонечко рядом и спросил: “Может, мы поженимся?”
Его мама приняла меня с распростертыми объятиями, папа такой человек, который не проявляет бурно своих эмоций, он спокойно отнесся к этому известию. Мои родители в зяте души не чают. Переживают только, что далеко живем, и они редко видят внука.
А вот реакция лучшего друга Дитера меня сначала расстроила. Он всегда был рад за нас, а тут задумался, не поздравил, был каким-то рассеянным и быстро ушел домой. Но вечером позвонила его подруга и радостно сообщила, что после трех лет совместной жизни они тоже решили пожениться. Регистрировать брак мы все вместе поехали в Данию, там меньше бюрократизма и официальностей, расписывают быстро, документов требуют минимум.
А через девять месяцев у нас родился сын.
Роды по-немецки
Городок, в которой мы живем, называется Крумбах. В нем около12 тысяч жителей. Это в 130 километрах от Мюнхена. В Крумбахе, как и в других расположенных рядом городах, очень хорошая больница. У меня был выбор, как родить - в воде или на кушетке. Я выбрала первое.
Во время родов Дитер был со мной, снимал на камеру первые часы жизни нашего малыша. Как его мыли, взвешивали, приложили к груди.
Он хотел сам перерезать пуповину, но мы не успели сказать об этом врачу. Мне приготовили большую специальную ванну. В воду для успокоительного эффекта было добавлено лавандовое масло, играла тихая музыка, с потолка лился приглушенный свет…
К сожалению, роды оказались непростыми, и мне пришлось перейти на кушетку. Многие немки прибегают к услуге анестезии и рожают абсолютно без боли, чувствуют только волнами набегающие схватки. Я хотела, чтобы все прошло естественно.
После родов врачи всю ночь наблюдают за состоянием мамы и ребенка. Медсестры будят женщин ночью, чтобы те сходили в туалет. Льют на руку теплую воду, чтобы сработал рефлекс, потому что, как они объясняют, организму после родов сложно войти в прежний режим, надо ему помочь.
Сына назвали Мартин. Я нашла это имя в Интернете. Редкое и, как мне показалось, очень красивое.
В первую нашу поездку на море меня поразило, насколько трепетно Дитер относится к сыну. Они вместе строили замки на берегу. Видно было, что папа относится к занятиям сына очень серьезно и заинтересованно.
Когда у малыша заболел желудок, у Дитера на лице отразилась такая мука. Он массировал сыну животик, что-то ворковал ему на немецком.
Невольно сравнишь эту картину с той, которую мне приходилось часто наблюдать в России, когда отец в основном матом лечит свое чадо: “Нажрался всякой зелени, засранец! - Бамц подзатыльник. - Не ной, иди к своей такой-то матери, пусть она тебя лечит, раз не смотрит, что ты жрешь! Не мешай нам с дядей Колей пиво пить!”
Конечно, не все такие, но почему-то, к сожалению, слишком часто наблюдала в жизни сцены, подобные описанной.
Но все же не стоит совсем уж идеализировать немецких мужчин, Дитер тоже может за шалость и наказать Мартина, и подшлепнуть, но матом, конечно, не ругается. В немецком языке есть ругательные слова, но мата как такового нет.
Наш дом
В этом году нам пришлось взять большой кредит, чтобы отремонтировать собственный большой дом и модернизировать его, то есть сделать его содержание более экономным.
Ремонтом занимаются специальные строительные организации. Дом подкопали до самого основания, обработали каким-то составом, обложили теплоизолирующим материалом, поменяли котел.
В новом будем сжигать теперь не солярку, а пелетс. Это такие большие прессованные таблетки из отходов деревообрабатывающей промышленности, которые засыпаются во дворе в специальную цистерну в земле, а в котел поступают через специальную систему с насосом. Мы решили, что дерево - восстанавливающийся ресурс, а горючее - нет, поэтому выбрали первое.
Работа
В Германии чувствуется кризис. Работу и раньше было найти не просто, а сейчас пошли сокращения. Уменьшают количество рабочих часов, естественно, оплата тоже стала меньше. Чтобы стимулировать производство, людей разными путями подталкивают к новым покупкам. Сдаешь, например, в утиль старую машину, получаешь компенсацию 2500 евро при покупке новой.
Родственники и друзья из России часто спрашивают меня: для немцев очень свойственна экономия?
Все живут по-разному. Дитера в России очень удивило, что люди стремятся прыгнуть выше головы, построить дом, чтобы соседи ахнули, купить машину лучше, чем у других, как-то всем этим выделиться. Дитер называет это китчем.
Но на отвечающую всем запросам вещь немцы денег не жалеют, потому что, выбранная с умом, она действительно будет служить им верой и правдой долгие годы.
Разность менталитетов
Когда мы с Дитером в первый раз должны были приехать в Россию, я
попросила не удивляться, что у нас везде очень грязно и в крупных городах, и в маленьких.
Но ему очень понравились хорошие люди, приветливые, гостеприимные, красивая природа, интересная история страны.
Тоскую ли по родине
В Германии, в первую очередь, я скучаю по родителям. Они у меня уже в возрасте, поэтому каждый год стараемся приехать, чтобы повидаться с ними. Также по друзьям. По тому, как мы проводили с ними время, ездили большой компанией на море. Есть места, с которыми что-то в жизни связано, по ним тоже скучаю.
А по березкам нет)). Березы и в Германии растут. Из России я привезла и посадила в своем саду в Крумбахе калину, жимолость, сейчас возьму с собой саженец черной смородины.
У Дитера свои увлечения. Я говорила, что мы познакомились с ним на концерте. Выступала группа из их города, которая популярна теперь во всей Германии. Называется “Skaos”. Играют они в стиле SKA.
Музыканты собираются вместе на время гастролей, а в остальное время каждый занимается своей работой, четверо из них учителя музыки, один компьютерный дизайнер, один финансист. Группа существует уже 25 лет, записала 7 альбомов. Все они хорошие друзья Дитера.
Один из них, я рассказывала, одновременно с нами расписывался со своей подругой в Дании. Дитер не музыкант (он работает бухгалтером), но гастролирует вместе с группой, чтобы организовывать для фанатов торговлю дисками, майками, значками.
С ролью домохозяйки я так и не смирилась. Попытаюсь найти работу. Если не переводчиком, то секретарем-референтом в какой-нибудь фирме.
Планы на будущее
Спрашивала как-то Дитера, не хочет ли он переехать в Россию?
Он не против, но найти для него работу здесь не проще, чем для меня в Германии. А там у нас дом. Мама Дитера недавно умерла, папа остался один. Мы живем недалеко друг от друга. Я помогаю ему по хозяйству, делаю женскую работу, готовлю кушать, он каждый день приходит к нам, Дитер его навещает. Мартин ходит в садик, ему нужно готовиться к школе. Поэтому маловероятно, что мы приедем жить в Россию. Но пока я жива, приезжать на родину в гости будем обязательно!