При слове «сирота» у современного человека встаёт перед глазами образ ребёнка, оставшегося без родителей по любой причине, необязательно из-за потери последних. Широкое распространение в современном мире получил термин «сирота при живых родителях», мы все понимаем, что он означает.
Но, в царской России, в сибирских деревнях у слова «сирота» имелись и другие значения. Во-первых, напрочь отсутствовало понятие «при живых родителях», во-вторых сиротами назывались не только дети, а также старики, оставшиеся в одиночестве и взрослые бездетные овдовевшие крестьяне и крестьянки, не имеющие другого родства.
Ни одного человека не оставляли в одиночестве. Крестьянское общество всегда следило, чтобы односельчане ни в чём не нуждались. Детей всегда принимали на воспитание родственники и знакомые, даром, что вся деревня или село всегда состояло в родне. За исключением новосёлов, переселенцев, но и те, прожив некоторое время, роднились с местными.
В архивных документах немало случаев, подтверждающих это. У нашего священника, Якова Семеновича, была воспитанница Софья, 1852 года рождения, которую он перевёз с собой в Сибирь. Неоднократно встречаются упоминания, такие как:
В деревне Сютикской Назаровской волости в семью крестьянина Герасима Петрова Скоробогатова на воспитание был принят младенец Яков, оставшийся сиротой.
В деревне Ново-Алтатской Назаровской волости в семье крестьянина Сергея Степанова Помазкина жила на воспитании Акилина Федорова Мальцева 14 лет.
Подобных примеров масса. И, надо отметить, что общество очень хорошо следило за принятыми на воспитание сиротами, чтобы приёмные родители не обделяли их, не обижали. Да, такого и не могло быть в том обществе. Никто не оставался один, крестьяне считали позорным отдать сироту из села или деревни в государственную богадельню. Хотя, богадельни и сиротские дома были в городах, в Ачинске, в Красноярске.
Вот чему бы современному обществу у предков поучиться.
«1876 года я, крестьянин из поселенческих детей Енисейской губернии Балахтинской волости д. Игрышенской Павел Васильев Вивчеренко, даю сию подписку в том, что я, будучи принят на воспитание крестьянской вдовой Лукерьей Даниловой Потылициной, желаю быть причислен к ея семейству, т.к. я, будучи в малолетстве после смерти родителей воспитан ею вместо родного сына, в том подписуюсь…».
«В течении сего 1869 года в числе родившихся было законнорожденных мужеского пола 60, незаконнорожденных 2. Законнорожденных женского пола 44, незаконнорожденных не было. Браков было между лицами православного вероисповедания 20. А между лицами православного вероисповедания с лицами других христианских вероисповеданий браков не было.
Болезни особенной смертности не было. Неестественною смертию мужеского пола один утонул, от Антонова Огня женского пола одна, умерших свыше ста лет не было».
Из отчёта по метрической книге Березовской Георгиевской церкви.