"Таким образом, я закончила", - завершила Ангела Меркель свой короткий спич в Бундестаге, и зал грохнул от смеха. "Доклад, я закончила мой доклад!", - мгновенно сориентировалась и уточнила она, дабы никто не подумал, что карьеру. Поздно. Уже подумали. И от одной этой мысли, не сговариваясь, развеселились. Хотя весь правительственный час еще был впереди. Но главное на нем уже произошло. Так над "мутти" в этих стенах еще не потешались. И вроде бы парировала. А получилось, что препарировала. Саму себя. Устроила анатомический театр одного актера.
Никто же ей не говорил, что именно вызвало у них столь бурную реакцию. Сама догадалась. Потому что это у неё внутри. Сидит, гложет, мучает душевными переживаниями. Ведь это совсем не было похоже на пресловуто-самоуверенное "не дождетесь!". Поскольку она отвечала не на их смех, тем более что он прозвучал, как вопрос, риторически, а на свои чувства. Она уже год, с тех пор, как объявила о том, что этот, четвертый, срок у неё последний, живет в режиме сомнений и двусмысленности. И не она одна. Из-за неё вся Германия так живет. Канцлер-ин или канцлер-аут. И, если аут, то когда?
Сама решила, что не сейчас. При каждом удобном и не очень публичном случае уверяет общественность, что непременно досидит в кресле до 22-го года. Причем, говорит об этом даже тогда, когда её об этом не спрашивают. В её устах "Я досижу" стало чем-то вроде "Все будет хорошо". Или, если ближе к телу, "Мы справимся!". Устойчивое выражение, необходимое для поддержания, скорее, собственного духа в ситуации, когда все остальные уже отчаялись. Это, как присказка. Или даже поговорка. Поговорка по Фрейду. Поскольку раскрывает её подсознание. А там одно только слово – дотянуть.
Это, конечно, не паранойя. Но что-то одержимое в этом есть. Кажется, будто этот последний срок ей и нужен лишь для того, чтобы его дотерпеть. Если не добежать, то дойти до финиша. Это, как те незначительные, но самые тяжелые, 195 метров, без которых все предыдущие 42 километра не в счет. В её истории это верно еще и потому, что она тоже, как тот первый марафонец, чувствует себя на дистанции единственной и неповторимой. Потому и не сходит, что никто даже близко к ней не подобрался. Но стоит ли так рисковать. Если вспомнить, чем все закончилось для того гонца.
И вроде бы канцлерин вновь признана самой влиятельной женщиной мира. Однако уже в девятый раз. Даже для кошки девять – это предел. А правительственный час в Бундестаге в результате лирического отступления на смех продлился на пять минут дольше. Как и положено: смех же продлевает жизнь. Спикер Вольфганг Шойбле назвал это "рождественским подарком" Ангелы Меркель депутатам. Так себе, конечно, презент. Что такое лишние пять минут, если многие считают лишними еще два года.
#Меркель_МП
