Диего Ривера - знаменитый мексиканский революционный деятель и муралист. Противоречивые оценки его деятельности и творчества множатся и по сей день, благодаря многочисленным мифам, которыми и при жизни, и после смерти был окружен этот неординарный деятель искусства. Ривера и сам в значительной мере способствовал этому процессу мифотворчества и не скрывал этого. Он любил представляться человеком загадочного происхождения, потомком выдающихся и по-своему знаменитых родов, дерзким мятежником и провидцем, отвергшим авангард ради национального мексиканского искусства. Однако о более прозаичной – и от этого не менее впечатляющей – истории его жизни говорят его работы За свою жизнь он пробовал себя в различнейших жанрах и стилях. Ранние его работы напоминают Сезанна и постимпрессионистов. Во время своей дружбы с кубистами (а она, к сожалению, была недолгой) пробовал себя в создании коллажей. Но лучше всего у него получалось изображать 2 вещи: мексиканский народ и женщин. И оба эти направления пропитаны национальным духом, как и все полотна и росписи художника.
Но на данный момент Диего чаще всего упоминается как муж другого знаменитого художника - Фриды Кало. Их история любви невероятно яркая и полная драматизма. В ней соединилось все: и болезни, и измены, и страсть. Одного лишь не было в их семейной жизни - детей. У Диего были дочери от его предыдущих жен. Была и трагическая история, связанная с его сыном от русской художницы Ангелины Беловой: мальчик умер из-за отсутствия лекарства в военном Париже. Именно это событие отразилось, по мнению многих искусствоведов, на серии портретов московских детей, которые Диего написал во время своего прибывания в России в 1955-1956 гг.
Зарисовки к данным работам были сделаны во время пребывания художника в Советском Союзе, где он проходил лечение в онкологической клинике (да-да, та самая знаменитая лучшая в мире советская медицина. Диего всей душой верил в нее). По возвращении на родину были написаны уже и сами живописные полотна. Особо удивляет на них внешность детей: темнокожие, с раскосыми глазами. Можно было на это ответить, что художник всю жизнь рисовал мексиканцев, вот и дети у него тоже - мексиканские, пусть и в шубах. Но самое удивительное, что глаза-то у них голубые! И именно этот факт и возбуждает умы смотрящих. А я хочу рассказать Вам две теории, почему это именно так.
Теория 1. Умерший сын.
Это, пожалуй, самая логичная и приемлемая в среде исследователей творчества художника теорий. Как я уже говорила раньше, в 1911 году у Диего и его первой жены родился сын. Но вскоре начинается Первая Мировая война, Париж осажден врагами. Мальчик в это время заболевает и умирает из-за отсутствия нужных лекарств. Это во многом отразилось не только на взаимоотношениях между супругами, но и на творчестве художника. Дети часто являются сюжетом его зарисовок во время его путешествия по провинциям Мексики.
Как видите, тема возвращается и в зарисовки русского быта, которые были сделаны во время лечения в СССР. На полотнах мы видим голубоголазых мальчиков и девочек, одетых в характерную для нормальной (а в 1956 г. она такой и была, не то, что сейчас) русской зимы. Однако смотрящего смущают далеко не славянские черты лица. И этому исследователи видят такое объяснение: в образах этих детей, ставший еще ранимее с возрастом, Диего отражает свое представление о том, как бы мог выглядеть умерший его сын от Ангелины Беловой. Характерные для мексиканцев разрез глаз, цвет кожи и черты лица - это от Диего (вспоминаем уроки биологии про доминантные гены и шутки про черных детей в СССР от африканских студентов), а голубые глаза - от Ангелины (тут тоже вспоминаем биологию, с ее же такими непостоянными генами).
Теория 2. Якуты.
А эту версию я уже слышала во время своей работы на выставке, посвященной Фриде и Диего в музее Фаберже. Причем рассказывали ее местные экскурсоводы.
Здесь история такова: есть такой интересный факт, что все якуты рождаются с голубыми глазами, которые по мере взросления или остаются такими, или меняют свой цвет (ох уж эта биология, и тут она). Разрез глаз, что у якутов, что у детей с полотен одинаково восточный. Ну а кожа - так мороз же, покраснела. А коричневый оттенок - это от освещения. Так-то все сходится, только спешу вам напомнить, что Диего лечился в Москве, миграции такой лютой в то время не было, чтобы так много ему якутских детей там встречалось. Поэтому чувствуется что-то не то здесь.