Не знаю, как вы, а я езжу всегда по правилам. И нарушаю только в случае крайней необходимости.
Например, кто-то решил, что центральная улица зимой отлично подходит для устройства катка. Или маршрутчик забыл, что он маршрутка, а не скорая, и решил, что все должны срочно уступать ему дорогу: люди ведь на работу опаздывают!
А так скоростной режим соблюдаю, сплошную не пересекаю. И документы у меня всегда в порядке. И вожу очень хорошо. За 17 лет и каждый день за рулем хочешь не хочешь, а научишься ездить. Но при этом езжу я на Марке, и потому каждый второй гаишник считает своим долгом меня остановить.
Сначала это меня дико злило. Представьте себе: едете вы, никого не трогаете, и вдруг у вас перед носом машут палочкой и указывают на обочину. Но потом я стала развлекаться, и жизнь заиграла новыми красками.
— Лейтенант патрульной службы Трпрдыров. Ваши документы, пожалуйста.
Вот вам хоть раз удалось расслышать фамилию гаишника? Мне да. Один раз удалось. Когда я нарвалась на стажера. Он отчетливо произнес «Стажер Сергеев». Я даже ухо потерла. Нет, не послышалось.
Но потом, когда стажеры становятся матерыми инспекторами, они уже разучаются четко произносить свою фамилию. Это, видимо, та же самая история, что с почерком у врачей.
Так вот, ближе к делу. Лейтенант Трпрдыров попросил документы. Вы, конечно, помните, что с документами у меня порядок — лучше, чем у бухгалтера в его балансе — не подкопаешься. Я протягиваю документы. На лице лейтенанта расцветает кривоватая ухмылка.
Потому что обложка у меня такая:
Открывает обложку и идет зачем-то смотреть номера: сначала задний, потом передний.
— Что вы там надеетесь увидеть? — хлопая накрашенными ресничками, ехидно спрашиваю я.
Лейтенант почему-то смущается и возвращается к моему окошку.
— Такая машина, как у меня, числится в угоне? — продолжаю я.
— Нет.
— А зачем же вы так внимательно рассматриваете номера?
— Нуу...
— Всё ясно, — вздыхаю я. — Если вам заняться нечем, то я опаздываю. Давайте уже смотрите документы и я поеду. Кстати, а почему из всего потока вы остановили именно меня?
— Проверка документов, — бормочет Трпрдыров.
— Я понимаю, что проверка документов, но почему я? Зря вы это сделали: и мое время потратили, и сами ничего не увидите интересного. — Смеюсь.
Лейтенант быстро просматривает документы. Пусть я больше не увижу своего отражения в зеркалах заднего вида, если он что-то там увидел и понял.
— Счастливого пути! — возвращает мне документы, и я отчаливаю.
Да, таков мой стиль общения с гаишниками. Следую правилу «Если безобразие нельзя остановить, его нужно возглавить», то есть брать инициативу в свои руки и заговаривать зубы. Теперь недели две, а то и месяц, можно ездить спокойно: никто меня не остановит. Пока на их место не заступят другие служители правопорядка. Но это уже совсем другая история.