История про очередную двоюродную сестру.
Основной чертой Вики была смешливость. Озорные чертики всегда прыгали в ее глазах, она готова была рассмеяться от любой шутки, с удовольствием принимая участие во всем, что гарантировало веселье. В семье у нее было прозвище – Хохотунчик. В целом добрая, беззлобная девчонка, всегда готовая прийти на помощь. И никто даже помыслить не мог, что именно наш Хохотунчик будет исключена из комсомола, находиться на грани вылета из школы и станет причиной проблем некоторых своих родственников.
В 1982 году Вика пошла в 10й класс. Впереди был последний год учебы в школе, перспективы поступить в хороший институт – у Вики были отличные рекомендации. Как говорил незабвенный товарищ Саахов: активистка, комсомолка, спортсменка и, наконец, просто красавица. Разве что не студентка, но никто и не сомневался, что она с легкостью поступит хоть куда, хоть в МГУ, хоть в вожделенный МАИ.
10 ноября 1982 года умер дорогой Леонид Ильич. Во всех школах проходили траурные линейки, помню, у нас даже две девочки в обморок упали от напряжения.
Был такой траурный митинг и в школе, где училась Вика. Учителя произносили пламенные речи, исполненные трагизма, ученики стояли со скорбными лицами, кто-то даже плакал от избытка чувств. И вот объявляют минуту молчания, стучит метроном… И в полной тишине раздается смех. Смеялась Вика. Позже она и сама не могла толком объяснить, что ее так рассмешило. Говорила:
- Стою я, смотрю – напротив Маринка из 10 «Б». Вся такая печальная, и в синих рейтузах. И до того мне стало смешно от этих синих рейтуз, не сочетавшихся с ее скорбным лицом, что я не выдержала.
Причина, скажем прямо, так себе. Носили мы тогда не то, что хотели, а что родители «достали». Но много ли нужно 16-летней девчонке, чтобы найти повод посмеяться? Но момент был, конечно, уж очень неудачный. Особенно для тех лет.
Вику вывели из спортзала, где проходил митинг, и отправили домой. На митинге присутствовал представитель райкома партии, который и не дал замять дело. Созвали экстренное заседание бюро райкома комсомола, на котором комсомолку Савельеву сочли недостойной быть членом этой организации. На педсовете был поставлен вопрос исключения ее из школы. Ударил этот поступок и по родителям Вики – их разбирали на партийном собрании за недостойное поведение и, соответственно, за плохое воспитание дочери. Родной тете Вики, занимавшей пост секретаря райисполкома, предложили написать заявление о переходе на другую работу.
В общем, обструкция была по полной. Викина мама позвонила младшей сестре своего мужа - моей маме. Мы жили в областном центре, мама работала в Совмине, занимала высокий пост.
Я горжусь своей мамой. Она не сочла проступок Вики преступлением, как многие, наоборот, выступила в ее защиту. Мама пошла на прием к I секретарю обкома партии, где толкнула речь о том, что «в нашей стране дети должны смеяться, иначе какая это социалистическая страна». Я знаю, потому что этот самый первый секретарь сам рассказывал об этом моему папе, сидя у нас на кухне, поедая вкусный рыбный пирог. В общем, в район, где жила Вика с родителями, дали отмашку, но совсем прощать не стали. В школе ее оставили, но вот в комсомоле так и не восстановили. К сожалению, об институте тоже пришлось забыть, так как в те годы комсомольская характеристика была обязательным документом при поступлении.
Но ничего не бывает просто так. Вика пошла работать нянечкой в детский сад, и это было удачное решение. Во-первых, она поняла, что дошкольная педагогика – ее призвание (а хотела поступать в авиационный институт), во-вторых, познакомилась с будущим мужем, водившим в тот детский сад младшего брата.
Отработав положенные 2 года, она через рабфак свободно поступила в университет. Сейчас Вика, или Виктория Федоровна – доктор педагогических наук, профессор, мама двоих детей и бабушка пяти замечательных внуков, гордость всей нашей семьи. И всегда тепло отзывается о моей маме:
-Тетя Люда была практически единственным человеком, который протянул мне руку, когда даже собственные родители смотрели на меня как на преступницу. Никогда этого не забуду.