За ним должны были прийти завтра. По новым законам, каждый в возрасте 18 лет лишался детской неприкосновенности и должен был сделать Выбор.
Странное это было время. Странный закон. Говорили, что это необходимо для регулирования численности населения. Однако теперь в городах пустовали целые районы. Жилые участки деревень и городских округов проплешинами выделялись среди заброшенного захолустья.
Лука лежал на заправленной кровати и невидящим взглядом смотрел в потолок. Завтра. Всего несколько часов и ему придётся сделать Выбор. Сколько человек он убьёт за свою жизнь. Можно было назвать любую цифру, даже ноль. Вот только тогда ты оставался беззащитен. Любой, кто назвал бо́льшую цифру, и уж тем более смертники выбравшие неограниченное количество, могли тебя убить.
Да. В восемнадцать лет люди выбирали, сколько убийств они смогут сделать за свою жизнь. Не важно, по прихоти или ради самозащиты. Ты станешь жертвой для тех, кто решил иначе.
По потолку быстро бежал маленький паук. Дверь в комнату скрипнула и на пороге появился наставник Луки.
— Собирайся. Мы должны уходить. — коротко сказал он и бросил юноше сумку.
— Куда? — Лука вскочил и растерянно заморгал.
— Сейчас на объяснения нет времени. Всё потом.
Мужчина был одним из последних, кому не пришлось делать Выбор. Он мог защищаться, мог стать жертвой… Но даже после пятидесятого убийства на него не объявят охоту, как на тех, кто в восемнадцать выбрал не ограничивать себя и умудрился дожить до тридцати пяти. У этих смертников не было и шанса пережить Охоту и встретить своё тридцатишестилетие.
Два силуэта выскользнули в ночи из дома и прячась в тенях быстро пошли по улицам. Почти добравшись до окраины города, мужчина свернул в проулок и выйдя к руслу высохшей реки без колебаний спустился в него. Лука молча следовал за ним, привыкнув безоговорочно доверять ему.
— Мы идём туда, где новый закон не действует, — мужчина наконец заговорил, прервав молчание, в котором они шли от самого дома, — туда, где не нужно делать Выбор. Туда, где можно жить не убивая и не бояться, что убьют тебя.
Лука облегчённо вздохнул, на мгновение прикрыв глаза. Ожидание восемнадцатилетия висело над ним дамокловым мечом, стискивая грудь и мешая дышать.
— Спасибо, мастер, — тихо произнёс он.
Над ними хрустнула ветка. Юноша резко повернулся на звук, подскользнулся, на мгновение почувствовав, что летит и… Проснулся в своей постели. На одеяло упал маленький паучок и Лука смахнул его на пол. С того дня в лесу, когда он выследил убийц брата, прошла неделя. Юноша сомневался, правильно ли он поступил, просто уйдя оттуда. Сомневался и в тоже время знал, что был прав.
На кухне сидел его наставник и пил чай. Посмотрев на взъерошенного, всё ещё мокрого после беспокойного сна воспитанника, мужчина заварил ему чая и протягивая чашку заметил:
— Кошмары уйдут, когда ты перестанешь сомневаться в своём выборе. Обрети мир с самим собой.