Порой кажется, что для женщины в нашем представлении бывает только два жизненных сценария: жертва или стерва.
Жертва - это та, что приносит себя в жертву семье: мужу, детям, родителям.
Кто-то до сих пор умудряется приносить себя в жертву государству.
Стерве же на всех плевать: она живет как хочет и добивается своего, идя по головам тех самых жертв.
Орловой всегда приписывали сценарий стервы. Сперва вышла замуж за богатого чиновника, потом, когда того арестовали, окрутила именитого режиссера. Крутила шуры-муры с самим Сталиным. Блистала на киноэкране и на театральных подмостках. Владела настоящим имением в Подмосковье. Заграницей была как у себя дома. Делала бесконечные пластические операции и в 70 лет играла 25-летнюю.
От нее сходила с ума вся страна. Психиатры даже болезнь такою выявили: синдром Орловой. Женщины страстно хотели быть на нее похожими, а многие даже считали себя ею или, на крайней случай, ее внебрачной дочерью.
Это было настоящее безумие.
Так что же было такого в этой хрупкой и совсем, по нынешним меркам, немолодой блондинке? Чем она так пленила советского кинозрителя, что стала настоящим идолом нескольких поколений?
Неужели для этого достаточно лишь быть стервой и выгодно выйти замуж? Сколько таких, хватких по жизни с выгодными мужьями, уже было и еще будет! А Орлова одна.
Даже сейчас, когда Советский Союз становится все больше и больше историей, Любовь Орлова продолжает будоражить, тревожить, вдохновлять и, что совсем занятно, вызывать злобу и зависть.
Кто-то до сих пор считает ее деньги и интересуется, что там за отношения у нее были с мужем.
В Орловой было что-то такое, чему и слова-то еще не придумали. Что-то шедшие изнутри: свет, сила, вдохновение, талант, доброта.
Раневская так отзывалась о своей подруге: сказать, что Любочка добрая, значит, сказать, что Толстой - писатель не без способностей.