— Понятно, — кивнула она. — А в наш класс зачем приходили? Если, конечно, не секрет.
— Какие от вас могут быть у меня секреты? Приходил сказать вашей подруге Марине Башкатовой, что ее сегодня в три часа дня ждали на телевидении. Понимаете, она пишет хорошие стихи, а я к ним подбираю музыку и пою под гитару. Мы с ней вчера стали победителями фестиваля. Даже приз получили.
— Ну и что, сказали?
— Нет, — виновато признался Дима, — забыл. Увидел вас — и забыл. Каюсь. Понимаете, Лена, я встречался с девушками до того... до того, как вас увидел. И в любви им объяснялся. И даже целовался. В том числе и с Мариной. Я искренне считал, что ее люблю. Пока вас не встретил. Вы меня осуждаете?
— Ничуть. Это вы с ней тогда, месяц назад, под дождем целовались?
— Вы видели? Да, это я.
— Я тоже целовалась. С Геной.
— С другом вашего детства? Я видел. В парке. Мы мимо с Мариной шли, и он ей кулак показал, чтобы не мешала.
— Выходит, мы с вами давно знакомы — заочно. Но она мне про вас ничего не рассказывала. Она вообще в последнее время как-то отдалилась. А раньше мы с ней были не разлей вода.
— Она не хотела, чтобы я вас увидел. Боялась. Представляете, какое у нее вещее сердце!
— Да. Бедная Маринка! Она вас очень любит?
— Думаю, да. Но ей придется меня разлюбить. Ничего, я же смог. Правда, теперь я понимаю, что и не любил ее по-настоящему.
— А за что вас Гена ненавидит?
— Мы с ним как-то сцепились. Он принес на наше с Мариной свидание ее тетради со стихами. Сказал, что хранил их дома, чтобы заучивать наизусть, — мол, так сильно влюблен в ее стихи.
— Они у меня лежали на лоджии. Я их записывала. Стихи у нее и вправду хорошие. Он тогда их забрал и вам отнес.
— Да. Я сразу понял, что он врет. И он был весь такой... шерсть дыбом! Сразу на меня окрысился. Ну, и я тоже... его не полюбил. А теперь... когда он нас вместе увидел, воображаю всю силу его ненависти. Он же знает, что я с Мариной встречался.
— Да, знает. Он вас тогда тоже видел... во дворе. Прибежал, чтобы мне сказать. Помню, я так Маринке позавидовала! Сглазила ее.
— Не упрекайте себя, Леночка. Это судьба. Нам суждено было встретиться. Мы же все время ходили рядом — и вот, наконец, встретились. Я знаю, что он вас очень давно и сильно любит. Но ему придется смириться: я вас ему не отдам.
— Да, любит. Я ему стольким обязана! Он меня всю жизнь оберегал. Мы с ним еще в детстве договорились быть братом и сестрой. И он на правах брата до последнего времени был постоянно рядом.
— Вот пусть и остается... братом. Только оберегать вас теперь буду я. Объясните ему это.
— Попытаюсь. Только он не согласится. У него другие намерения относительно меня.
— Придется ему от них отказаться. Не поймет по-хорошему, поговорю с ним иначе.
— Дима, вы его не знаете. Он на все способен! Он вас просто уничтожит!
— Лена, вы меня тоже не знаете. Не уничтожит. Я тоже способный — на все и даже больше! Не беспокойтесь, я с ним справлюсь.
