Космический океан безмолвствовал.
Лососи неспешно плыли в пространстве, гигантскими плавниками взбивая чернильную пустоту. Их бока серебрились от звёздной пыли, и случайные астероиды прочерчивали тёмные борозды на сверкающей чешуе. Но Лососи продолжали флегматично двигаться вперёд, и вселенная отражалась в их огромных рыбьих глазах.
– Долго ли нам ещё плыть, о Большой и Серебристый? – мысленно спросила богиня, пригибаясь к покатому боку Лосося. Тот загадочно помолчал, и она разделила с ним его молчание, как делала уже тысячу раз до этого. Радужные плавники гиганта вздымались и опускались в безбрежной темноте, вокруг перемигивались звёзды, в голове богини чёрными водами разливалась тишина.
– НЕДОЛГО, – наконец ответил Лосось, и богиня с благодарностью приникла к его хребту, силясь крошечными руками обнять великана.
– МИССИЯ… – добавил плывущий рядом Маленький и Пурпурный; свет алого карлика играл на его боках.
– …БУДЕТ ЗАВЕРШЕНА, – Средний и Крапчатый лениво мазнул плавником, стряхивая корку наросшего льда. Глыбы беззвучно трескались, отставали от гибкого тела и уносились прочь, синими алмазами крошась в пустоте.
– Да, миссия. Моя миссия, – мягко откликнулась богиня и перевернулась на спину. Так, растянувшись на хребте Лосося Мироздания, она и продолжила свой путь по великому океану, и звёзды рождались и умирали у неё на глазах. Иногда Лососи пели им колыбельные, нянча новорожденных крошек, иногда хранили молчание, провожая взглядами гибнущие миры. Пару раз Лососи заговаривали о Нересте, и тогда их тяжёлые, неповоротливые мысли ускорялись и обрушивались бурлящим потоком на несведущую богиню. Да и что она могла знать о Нересте или о Большой Медведице, поджидавшей их? То были события и дела поистине галактических масштабов.
Их путешествие всё длилось и длилось: звёздный свет плясал на исполинских чешуйках, бестолковой мошкарой увивались за Лососями кометы, стрелы альфа-кентавров, заскучавших на самом берегу Океана. Газовые гиганты провожали Косяк бессмысленными улыбками, слишком юные и несмышлёные, чтобы послать им мысленный привет. И качал головой небесный канцлер, ведя строгий учёт чёрных дыр, одинокий и озадаченный в царстве счётов и писчих перьев.
Однажды Лососи повстречали Небесную Черепаху, что несла на могучем панцире четырёх слонов. Бивни их упирались в тонкий диск, опушённый нежными облаками, и в булавочных городках его пела и кипела жизнь. Двадцать планет и целую стайку комет спустя Косяк наткнулся на ещё одну диковинку: на чёрном бархате космоса вырисовывался исполинских размеров остров, осколком ёлочной игрушки зависший в пустоте. Буйная его растительность с завидным упорством вгрызалась в ледяные глыбы, единым щитом дрейфующие в Океане, и богиня готова была поклясться, что некоторые ели бросали в их стороны вполне осмысленные взгляды.
А потом Чуть Больше Среднего и Бурый Лосось неожиданно вильнул вправо, звёздный свет блеснул на его плавниках и богиня увидела её: маленькую планету, что готовилась встретить свой первый рассвет. И тогда богиня поспешно чмокнула спину Большого и Серебристого, утёрла губы от звёздной пыли и шагнула вниз. И пока Лососи с величайшей осторожностью огибали жемчужину планеты, богиня в огненном ореоле неслась к её поверхности, и голова её разрывалась от монументальных слов Прощания.
Лососи двинулись дальше: их ждал Нерест, средоточие жизни и смерти каждой рыбы во всех множественных вселенных.
Богиня же оправила косы, раскинула руки и улыбнулась, приветствуя заспанное солнце нового мира. Кутаясь в облака, оно неспешно вставало над землёй, заливая притихшие вулканы мягким зелёным светом. Заря Утренняя вздохнула – и на мир опустилась роса. На планете ARCHI-1604 творился Первый Рассвет.
Миссия близилась к завершению, упорно плыли к своей цели Космические Лососи, и где-то далеко старые ели жаловались на холод и ломоту в ветвях.
Автор: Ирина Беляева