Вадима Алексеевича Строкова я знаю давно. Что про него сказать? Худощавый и высокий мужчина в очках, где-то там бизнесменит, я не спрашивал. Он был одним из первых клиентов моего автосервиса. Ну, на тот момент не единолично моего, но это не важно. Помню его ещё совсем молодым человеком, когда он пригнал к воротам "Волгу" ГАЗ-21 и, чего-то стесняясь, попросил сделать ей профилактику. "Отцова..." - добавил он, - "папа умер, а продавать рука не поднимается... Я ведь в ней родился, вот, прямо на этом заднем сиденье! Папа вёз маму в роддом..." Ну, это лирика, а наша работа сугубо техническая: всё, что положено сделали, подкачали, сменили масло, отрегулировали карбюратор, фары там... Заполировали царапину на дверце, помыли салон. Получилась машинёшка, как новая. Да она и была, почти, как новая: прежний владелец - "папа" - за ней следил, в авариях не бил, ухаживал. Коррозий нет и следа, где нужно - подкрашено, ходовая в норме, мотор и коробка, правда, не "родные", но это "папе" только в плюс - вовремя заменил. И сына сумел воспитать в уважении к технике. "Моя Волужка!" - приговаривал Вадим Алексеевич, принимая автомобиль и поглаживая его. И так каждый раз. Примерно раз в год-полтора он пригонял "Волужку" ко мне на профилактику. Как всегда, я поручал машину Сергеичу. Он и сам пожилой и "волги" хорошо знает. Конечно, устаревшая модель, да и тесновато в ней по нынешним временам. А с другой стороны - раритет, не много таких "на ходу" осталось, да ещё в состоянии "новой"! Вадим - мы давно перешли на "ты", он младше меня на пару лет всего - несколько раз ездил в "область" и в саму Москву на парады старых автомобилей. Первых премий, правда, не привозил, только грамоты за отличное техническое состояние. Приятно... И вот в октябре приезжает Вадим, как-то вне графика. И что-то он мне не нравится: грустный какой-то. "Сделайте", - говорит - "последнюю профилактику. Продать решил!" "Да как же так, Вадим?" - изумился Сергеич и я, но только молча, - "Ведь коллекционная вещь!" "Вот-вот, пристал один московский коллекционер: "Продай, да продай!" Деньги очень хорошие сулит. Чуть ли не ежедневно звонит: "Надумал?" А у меня в гараже тесновато, я же "Тойоту" купил для разъездов, чтобы "Волужку" по пустякам не гонять. Так, что решился - продаю, уже позвонил клиенту. Тот попросил, правда, скрутить наполовину спидометр. Зачем-то ему нужно... Сделаешь, Сергеич?" Вообще-то, нужно говорить "одометр", но все "спидометр" говорят, а я не поправляю... Договорились, что Вадим придёт послезавтра, а Сергеич за это время всё сделает, и профилактику и "скрутку". Но Вадим не пришёл. И на следующий день не пришёл. Я забеспокоился и стал ему названивать на мобильник. Трубку не берёт. Наконец, ответила жена: "Вадим Алексеевич заболел. Он в больнице..." "Когда? Что с ним случилось?" "Он заболел во вторник утром, врач сказал, что это "ретроградная амнезия"". Что-то щёлкнуло у меня в голове... Я постарался удержать мысль за скользкий хвостик, и мне это удалось. "Как зовут врача?" "Владимир Петрович Остапенко... Понимаете, он меня не узнаёт, зовёт маму!" Женщина разрыдалась, и больше я от неё ничего не добился. Но, всё, что нужно, узнал. Конечно, мне знаком господин Остапенко. Я, наверно, всех автовладельцев в городе знаю. Кроме тех, кто в сервис не ездит и курочит свои престарелые "чайки" сам. А у доктора битая шестёрка. Несмотря на то, что он психиатр, ездит Владимир Петрович очень неаккуратно. Наверно, задумывается. Поэтому, и новую машину не покупает, хотя, полагаю, деньги у него есть. Итак, открыть "талмуд", найти телефон... "Владимир Петрович? Это..." "Да, у меня высветилось, здравствуйте. Чем могу? Моя пока на ходу..." "Тут странная история с вашим пациентом Строковым..." "И, что же в ней странного?" "Понимаете, он был у меня в сервисе вечером в понедельник". "И, что с ним случилось? Он поругался? Ударился головой?" "Нет, нет... Скажите, доктор, ретроградная амнезия, это вроде того, как бы в мозгу открутили назад спидометр?" "Я не имею права обсуждать с посторонними состояние и диагнозы моих пациентов!" "Не нужно ничего обсуждать, я Вадиму помочь хочу. А вы просто выслушайте и ответьте... опосредованно". Доктор Остапенко, кажется, смягчился. "Да, немного похоже на сброс показаний спидометра, а дело-то в чём?" "Понимаете, в эту ночь мы как раз скрутили в его машине спидометр, примерно наполовину. А он к ней очень и очень привязан, ласково называет Волужка. Он, даже родился в ней!" "Полная чушь, молодой человек! Какая тут может быть корреляция? Мракобесие и ангельские хоры в чистом виде! Извините, у меня дел полно!" И психиатр отключился. Но я откуда-то знал, что это ещё не конец. И, правда, доктор перезвонил через полчаса. "Вы на месте? я подъеду?" И подъехал. И, наплевав на врачебную этику, рассказал нам с Сергеичем, что произошло. По его словам, господин Строков пришёл домой в несколько подавленном настроении, поужинал, выпил полбутылки пива и рано лёг спать. Среди ночи завозился, проснулся и разбудил жену словами: "Мама, дай попить!" Та включила ночник, и тут с пациентом случилась истерика. Они зарыдал, забился под одеяло и стал звать маму. Вызов в "скорую" зафиксирован в 4-30. Больного отвезли в психиатричку. Утром он его осмотрел. "Я в три часа с минутами закончил!" - вставил Сергеич. Пациенту сделали томографию мозга, патологий не найдено. Ведёт себя, как трёх-четырёх ребёнок... в теле взрослого мужчины. Интересуется соответствующими этому возрасту игрушками, знает, что его зовут Вадик, даже знает несколько букв. Периодически плачет и зовёт маму. Жену и сына по-прежнему не узнаёт. "Вот, что я вам скажу, ребята!" - продолжил доктор. - "Только я вам этого не говорил. Если, кто узнает, конец мне. Моей работе в больнице, точнее. Накрутите-ка вы спидометр на прежнее значение, вы ведь его знаете?" "Конечно, у меня записано", - ответил Сергеич. "...прямо этой ночью, когда он будет спать. А я поеду на работу, понаблюдаю за ним. Хорошо? Но, никому ни слова! Позвоню, если что". "Конечно..." Я тоже остался на ночь на работе, и мы вместе накрутили одометр до прежнего значения. Потом я пристроился на кушетке в кабинете, а Сергеича отправил отдыхать домой. Заснуть не удавалось, точнее спать-то я спал, но снилось что-то такое страшное, что периодически просыпался. Когда в девять проснулся в очередной раз, позвонил доктор. По его торжествующему голосу я сразу понял, что всё удалось. "Пациент проснулся и выразил недоумение по поводу "где он находится?" Я объяснил, как мог, дескать "приступ амнезии", показал ему видео, где он ведёт себя, как ребёнок, лепечет и строит что-то из "лего". Сейчас он общается с семьёй и настойчиво требует выписки, потому, что "всё прошло". Выпишу его завтра утром. А потом он, очевидно, придёт к вам. Что вы ему расскажете, я не знаю. Главное, не разрешайте снова крутить спидометр. И меня не поминайте, мы незнакомы, хорошо?" "Хорошо, доктор!" "Вы - молодцы, а я старый дурак, но тоже молодец!" Строков заявился через два дня, наверно, были дела. Я пригласил его в свой кабинет - просто отгороженную часть цеха с окошком в него. Зашёл и Сергеич. Повинуясь моему жесту, клиент присел на кушетку. "Ну, как? Всё? А то я тут приболел немного..." "Да, всё готово, кроме спидометра. Его крутить нельзя!" "Почему? Договорились же!" Я решил взять быка за рога: "Той ночью мы его скрутили, и это вызвало твою амнезию, уж не знаю, как... Потом накрутили обратно, и память к тебе вернулась!" Конечно, он опешил, да и любой бы на его месте... "Да, ладно, ерунда какая! С чего вы взяли? Или вы меня разыгрываете? Вроде, давно друг друга знаем... Не хотите что ли? Ну, мне в другом сервисе скрутят. А от вас таких шуток не ожидал...!" - и Вадим привстал, видимо, собираясь покинуть общество злых шутников. "Послушайте, Вадим! Никаких шуток! Да садитесь же! Мы и сами были ошарашены... не знаю, как вам доказать, но мы правы... и время точно совпадает!" И тут мне пришла в голову идея. "Сергеич! У тебя моторчик всё ещё подключен? (Утвердительный кивок) Давай-ка, ступай к машине и по моему сигналу отмотай счётчик немного назад... Нет, не нужно по сигналу, иди, я тебе позвоню!" А сам я приготовился задокументировать опыт, идея которого пришла мне в голову только что. Думаю, доктор Остапенко его не одобрил, но что-то нужно было делать, чтобы доказать... Сергеич ушёл к машине, а я приспособил на столе нетбук, чтобы сидящий на кушетке Вадим попал в кадр. "Сейчас мы сделаем опыт, который, думаю, тебя убедит. Не знаю, что ты запомнишь, поэтому я всё буду снимать, хорошо?" Кажется, он смирился с продолжением "розыгрыша", поскольку только устало кивнул. "Итак, запись пошла! Сегодня 24 октября, 12-05, ты сидишь на кушетке в сервисе. Нет возражений?" "Нет, заканчивайте скорее!" "Где там Сергеич? Ага, вот он. Сергеич, включай обратную отмотку, да не отключайся, слушай меня... Включил? Хорошо, подождём немного... Стоп, стоп! выключай, я перезвоню!" Дело в том, что Вадим, до этого прислушивавшийся к разговору, вдруг упал набок. Я подбежал к нему, проклиная себя за безответственность, но он был, к счастью, жив и в сознании, самостоятельно сел и потёр виски: "Эт чо? Где я? Это сервис что ли?" "Да, это сервис, здравствуйте Вадим! Чему вы удивляетесь?" "То есть как это...? Я был в Анталье с семьёй и вдруг я здесь? Где моя жена, где сын?" " Жена, думаю, на работе, сын в школе, сегодня 24 октября..." "Быть не может! Сегодня... начало августа, и мы купались в море, потом сын пошёл на горку, а мы пили лимонад..." "Сейчас всё станет нормально, не волнуйтесь. Сергеич? На прежнее значение!" "Делаю, шеф!" И снова падение на бок, но на этот раз с потерей очков. Пришлось войти в кадр, поднять окуляры и усадить клиента прямо. Но он тут же пришёл в сознание, сел ровно и самостоятельно надел протянутые ему очки. "Что это было? Я, кажется, сознание терял?" Это момент совпал с докладом старого мастера: "Готово!" "Хорошо, приходи!" И уже Вадиму: "Это был опыт, о котором мы говорили, помните?" "Э-э... смутно. Я пришёл... что-то про перемотку спидометра?" "Да! Про перемотку..." - я налил Вадику газировки, и он жадно выпил. Рука его немного дрожала. - "Давай я тебе интересное видео покажу?" Этот короткий сюжет он просмотрел раз десять, задавая каждый раз кучу вопросов. И выпил всю мою газировку... "Пожалуй, я домой поеду, я ещё на бюллетене... Всё это нужно спокойно осмыслить". "Не стоит тебе за руль, я тебя сам отвезу". Снова Вадим появился ещё через два дня. Он был при параде, таким я его ещё не видел: серый костюм, туфли, белая рубашка, галстук. Обычно-то в джинсухе ходит и в кроссовках. Он завёл ко мне в кабинет Сергеича и плотно прикрыл дверь. "Друзья!" - начал он немного пафосно, - "Спасибо, что спасли меня и мою семью. Я по гроб жизни вам благодарен. Хорош бы я был без вас в слюнявчике. Примите скромный презент!" Он щёлкнул замками дипломата и выставил на стол две бутылки, кажется, французского коньяка. "Настоящий, французский!" - подтвердил он моё предположение, - "Наши возят из Парижа! Тебе и Сергеичу, потому, что знаю, что ты с подчинёнными не пьёшь. А третью доктору сейчас отвезу. Кстати, я так и не понял, он был в курсе?" "Нет, нет!" - закричали мы с мастером в ответ почти синхронно. Поглядели друг на друга и засмеялись, даже заржали. Вадим смеялся вместе с нами. "Ну, неважно", - сказал он, отсмеявшись и вытирая слёзы, - "всё равно ему полагается". И добавил: "Волужку я, конечно, теперь не продам. Она часть меня, а вдруг её разобьют? Что со мной-то будет? Конечно, я не верю во всякую магию... Тогда не верил..." "Магия, это просто пока непознанная наука!" - заявил вдруг Сергеич, он у нас склонен к философии. - "Ты с машиной осторожнее, смотри, чтобы одометр 99 999 не намотал, а то все нули выскочат!" От этих слов Вадим так и сел на свою любимую кушетку... ***