И о родителях.
Или то, чего не должны видеть учителя.
Не должны видеть не потому, что это надо скрывать, а потому, что так просто не должно быть!
(Имена изменены, все совпадения случайны)
Арина.
Арина — симпатичная, талантливая девочка: она пишет стихи и очень красиво поёт, она всегда стремится поучаствовать в жизни своего не очень инициативного класса, увлекается журналистикой, состоит в рядах школьного самоуправления.
Однажды ее класс готовился участвовать в конкурсе "Фестиваль дружбы народов", представляя страну Греция. Я застала их в момент подготовки к выступлению. Её подруга Лиза примеряла костюм, сшитый её мамой. Это было великолепное белоснежное убранство с золотыми вставками, выдающееся в Лизе наследницу греческой богини, не меньше.
Моя Арина с грустью в глазах пыталась намотать на себя кусок какой-то шторы.
Она заметила наряд Лизы и спросила с восхищением:
– Откуда у тебя такой красивый костюм? - в её голосе не слышалось ни капли зависти: наоборот, радость за подругу.
– Мне мама пошла, - спокойно ответила та. Очевидно, это было в порядке вещей.
Арина сникла, погрустнела, ответила уже не Лизе, а куда-то в пустоту:
– А моя не смогла, моя очень устала после работы.
Володя.
Ситуацию Вовы я знаю, Вове не позавидуешь. Вова иногда не приходит в школу: в эти дни мама, наконец-то, выходная. Она стирает его вещи и ему не в чем идти; они с мамой проводят вместе время. Это бывает не часто.
Вова очень честный. Он честно поднял руку, когда на лекции по профилактике алкоголизма и наркомании, видимо, расчитывая на неодобрительный гул, ребят спросили, пьют ли их родители.
Рома.
Рома вместе со всеми помогал мне украшать класс. Я поручила ему вырезать фигурки из бумаги. Периодически поглядывая на него, я замечала, как сильно он старается сделать все хорошо. Он вырезал одну и принес мне на оценку:
– Сойдёт? Или лучше мне, наверное, не стоит?...
Вырезано было и правда кривовато. Но я видела, что он и сам расстроился, что он хотел помочь, но понимал, что больше ему, похоже, ничего не доверят.
Я потянулась к полке, что находилась позади него, за ножницами, чтобы дать ему свои, поудобнее, а он пригнулся, чуть отворачиваясь.
У меня внутри все сжалось.
Рому я похвалила за старание, показала маленькую хитрость, чтобы вырезать было удобнее и дала ему еще два рисунка. Он был совершенно счастлив.
На самом деле таких историй сотни, тысячи.
Я очень хочу, чтобы таких историй не было.
С уважением, Сова.