Просьба о прощении или, может быть, оскорбление судьи? Не каждый осужденный мог сделать громкие и памятные заявления. Вот несколько примеров действительно странных последних слов, произнесенных перед казнью.
Серийный убийца Дэвид Мейсон был очень спокоен, когда пришло время для него. Осужденный хотел смерти до такой степени, что ... он сам просил об этом. Когда тюремный надзиратель спросил его в последний раз, не передумал ли он, он ответил: «Нет, господин начальник. Спасибо, но я хочу, чтобы мы продолжили. "
Торг, гнев и принятие
Случается, что умирающие демонстрировали по-настоящему прекрасное чувство юмора. Барбара Грэм, признанная виновной в убийстве, после того, как услышала от охранника, что смерть с использованием паров цианидов будет безболезненной, ответила: «Откуда, черт возьми, ты это знаешь?» Через мгновение она поняла это для себя, поэтому вопрос остался без ответа.
Случилось так, что палачи тоже шутили. Когда Эдвард Коулман обратился к своему мучителю перед виселицей, со словами: «Я был поражен болезнью предательства», он указал на веревку и ответил: «Вот ваше лекарство, сэр».
Тем временем некий Ганс Порстнер предложил помощнику палача поменяться местами с ним в петле. Взамен он предложил пару туфель и пять флоринов. Предложение было заманчивым, но обреченным на отказ...
Джеймс Мерфи получил второй шанс: веревка, на которой он был повешен, оборвалась, и осужденный упал на землю. Однако он не смог долго наслаждиться своей жизнью. Он был быстро поднят и работа была завершена. Его последними словами были: «Я не умер? Почему я не умер?»
Как ужасно ...
Не все, перед лицом неизбежного, проявили спокойствие и смелость. «Граждане, освободите меня! Я невиновна, я одна из вас, - убеждала Жанна дю Барри перед гильотиной. Позже она пыталась сбежать от охранников, которые ее держали. Напрасно.
История знает еще много примеров действительно странных последних слов. «Слишком туго», - скулил Уильям Вуд, когда у него была веревка на шее. В свою очередь Потрошитель из Аделаиды приказал пастору ... заткнуться.
Как это ни парадоксально, но сам изобретатель и острый сторонник гильотины Робеспьера, когда он был наконец свергнут и предан смерти, ничего не смог сказать. Его нижняя челюсть была повреждена пулей, выпущенной во время государственного переворота, поэтому ему удалось сделать только громкое ворчание. Интересно, что он хотел передать таким образом...