Надо мной навис белый потолок. Я лежала на удобной кровати, вставать совершенно не хотелось. Я повернула голову и увидела маму, она сидела в кресле и дремала, уронив вязание на колени. Стены тоже были белоснежные, пахло лекарствами. Все понятно, я в больнице. Почему, интересно? Память потихоньку возвращалась. Я прикрыла веки: перед глазами запрыгали картинки. Вот полуразрушенные стены часовни, подвал, я со связанными руками, колючие кусты малины, выстрелы, бандиты, расплывшееся кровавое пятно на спине господина Ефимова, мёртвый Андрей, сирена. Лучше бы у меня случилась амнезия. Такие прекрасные воспоминания могут привести к психушке. Я тихонько застонала.
– Катюша, Катюша, – услышала я мамин голос и открыла глаза, – Наконец, ты очнулась.
Мама держала меня за руку и целовала в щеки. В её глазах появились слезы:
– Ну и напугала ты нас, дочка.
Дверь палаты приоткрылась, и в неё вошел отец и дядя Саша. Оба выглядели одновременно счастливыми и серьёзными, и я поняла, сейчас начнется «разбор полётов».
– Катя, я рад, что ты идёшь на поправку, – начал отец, – Но ты объясни, зачем тебе всё это было нужно?
– Отстань от ребёнка, – категорически заявила мама, – Имей совесть, она только проснулась. Завтра поговоришь с ней по душам.
В палату вошла медсестра, и выпроводила мужчин, сославшись на то, что мне необходим покой. За что спасибо ей огромное, у меня действительно не было сил разговаривать на подобные темы.
– Давно я здесь? – спросила я маму.
– Третий день. Тебя всё на успокоительных держали, боялись ещё одного нервного срыва.
– Я справлюсь, – сказала я.
– Конечно, справишься, – заверила мама, – Тем более, с таким кавалером.
Я удивлённо посмотрела на неё.
– Что за кавалер?
– Ну, как же! Такой красавец. Каждый день с новым букетом, - она указала на подоконник, где в трёхлитровых банках стояли цветы, – Дмитрий. Хороший парень. Одобряю.
– Это мой друг, – попыталась объяснить я.
– Не знаю. Может для тебя он просто друг, а вот ты для него, по-моему, нечто большее, – улыбнулась мама.
Интересно откуда Димка узнал, что я здесь. Хотя, если учесть, что он знаком и с Андреем, и с Ефимовым, более того, с последним, судя по тому, как они вели себя в ресторане пансионата, был в приятельских отношениях, то ничего удивительного нет в том, что Дима меня нашёл.
Мои размышления прервал приход врача, который сообщил, что состояние моё стабильно и завтра, максимум послезавтра, я смогу перебраться домой.
Мама поспешила в магазин, чтобы подготовиться к моей выписке. Её сменила Юлька.
– Ну, подруга, ты даешь, – затараторила она, – Перепугала нас всех! Вовка до сих пор валерианку стаканами хлещет.
Я улыбнулась.
– Расскажи, как всё было, – попросила я.
– А тебе это не повредит? – забеспокоилась Юлька, – Ты ж у нас вроде с нервным срывом и всё такое?
– Я в порядке, – заверила я её.
– Ну и отлично! Тогда слушай, – и Юлька начала свой рассказ.
Вовка и Юлька обрадовались моему звонку, когда я была уже на полпути из Балоньки к дому. Юлька нервничала, находясь в моей квартире под зоркими глазами камер. Даже обожглась, когда варила кофе. Тут же появился Николай, которого она, естественно, не пустила в квартиру, заявив через дверь, что ожог пустяковый.
Максимум через час я должна была вернуться, причем тем же «Макаром» - в образе Вовкиной жены, распутной бабы. Но время шло, а меня всё не было.
Вовка приехал к Юльке. Охрана пропустила его без лишних вопросов: Николай признал Вовку, как мужа моей подруги и приятеля, с которым мы ужинали в кафе.
Дома мои дорогие друзья обзвонились мне на мобильный, но он выдавал лишь длинные гудки, валяясь под водительским сиденьем Аутлендера.
В компьютере брякнул звуковой сигнал, оповестивший, что на мой электронный адрес пришло новое письмо, причем с моего же телефона. Ребята подумали, что это я им что-то прислала, но увидели лишь фотографии часовни в Балоньке.
А телефон все молчал. Уже было далеко за полночь, когда они наконец-то решили, что со мной что-то случилось, иначе бы я обязательно предупредила, что задерживаюсь. Недолго думая, они спустились вниз сдаваться Петровичу.
Ой, что там было!!! Петрович метал гром и молнии, ему чуть не сделалось плохо с сердцем, но он держался до конца. Естественно, сразу позвонили Новикову и отцу, которые тут же приехали и организовали в квартире штаб по моему… спасению.
Благодаря замечательной спутниковой связи, нашли коммуникатор и Вовкин автомобиль. Оставалось только выяснить, где находилась я сама.
Тут же Новиков дал распоряжения по негласному наблюдению за Ефимовым, благо в этом деле он профессионал, и никто из его ребят не засветился, иначе трупов было бы ещё больше. Но Ефимов пока обретался в городе.
Тем временем, наступил новый день, и Юлька, и Вовка вышли на работу. В Галерею с самого утра начал названивать Дмитрий. Голос звучал взволнованно, он спрашивал обо мне. Юлька, как обычно, начала врать, что всё в порядке, и я нахожусь за границей. Димка грубо перебил её, сказав, что чёрта лысого он поверит в эти сказки, которыми она его кормит уже не первую неделю. Он объяснил, что чувствует, что со мной случилась беда. Если раньше, я просто сбрасывала его звонки, то теперь примерно с шести утра мой телефон вообще недоступен (естественно, к этому времени он разрядился от бесконечных звонков, хорошо ещё дядя Саша успел его найти по спутниковой связи). Юлька не выдержала его напора, и рассказала о моем внезапном исчезновении. Дмитрий решительно заявил, что будет заниматься моими поисками, и подруга направила его в импровизированный штаб.
Там Димка рассказал отцу, что не только Ефимов охотится за мной, но и его бывший товарищ Андрей, который, кстати, не ночевал в своем доме. Дмитрий объяснил, что является соседом Андрея, и с недавних пор присматривает за ним, чтобы оградить меня от его посягательств.
Отец и Новиков были немало удивлены Димкиному рассказу и включили его в работу.
Целые сутки люди из собственной безопасности компании отца следили за Ефимовым и выясняли возможное место нахождения Андрея, проверяя его друзей, и все возможные адреса, где он мог бы появиться. Эдуард Анатольевич все также катался по городу, занимаясь бандитскими делами. Андрея же бесследно исчез.
Следующее утро также не принесло никаких результатов. Мама, не спавшая уже две ночи, и находящаяся на грани истерики, не выдержала и обратилась в полицию, чем очень огорчила отца, заверявшего, что у них и всё под контролем. Но уж кто-кто, а мама понимала, что терпение у мужчин было на исходе, и ещё одни сутки впустую могли привести к серьезным разборкам между Ефимовской группировкой и людьми Новикова. А это повредило бы мне, если я находилась в руках главного бандита области.
Дмитрий тем временем тоже не терял времени даром, и составил список адресов, где они вместе с Андреем бывали в старые добрые времена. Адреса оказались раскиданы по всей области, и Димка уже вторые сутки проводил за рулем, тщательно проверяя каждый из них, вспоминая новые и занося их в свой список. При этом каждый раз отзванивался Новикову, сообщая, что в том или ином месте Андрея нет.
Про дачу бабушки Андрея Дмитрий вспомнил, случайно проезжая недалеко от СНТ, где она находилась. Естественно он решил проверить и дачу, вышел из машины в полукилометре от нужного места и по чужим участкам добрался до нужного огорода. Дима спрятался на соседнем участке, наблюдая издалека, до тех пор, пока к его виску не приставили пушку.
Оказалось, что парень с пистолетом – это «наружка», приставленная Новиковым следить за Ефимовым. А сам Ефимов и куча его головорезов уже здесь. В этот момент откуда-то из-под земли появился Андрей и я, перекинутая через его плечо. Дмитрий, было, бросился меня спасать, но человек Новикова его вовремя остановил. Куда им с одной пушкой на двоих справиться с целой шайкой вооруженных бандитов, ещё чего доброго и меня ненароком подстрелят. Дима позвонил Новикову. Оставалось только молиться о моём будущем и ждать, когда придёт помощь.
Тем временем я боролась с малинником, а Дима и охранник наблюдали перестрелку на участке. Огромных трудов стоило сдерживать Дмитрия, так и рвавшегося в бой. Но, когда Андрей упал, пораженный пулей неприятеля, Дима сразу сник.
Меня вывели из кустов малины, но как показалось обоим мужчинам, опасность быть убитой мне пока не грозила, тем более появился сам Ефимов и долго со мной о чем-то беседовал.
Ну а потом снова раздались выстрелы, Ефимов упал, стрельба продолжалась ещё какое-то время, и, наконец-то, одновременно подъехали «наши» и полиция.
– А шестёрок-то хоть поймали? – поинтересовалась я.
– Кого-то поймали, а кто-то успел смыться, – ответила Юлька и добавила, – Зря ты так к Диме относишься. Хороший он и влюблён в тебя по-настоящему.
– Ты-то откуда знаешь?
– Знаю. Он вчера в Галерею приезжал, рассказал всё, как было. Расстроенный, жуть. И все про тебя спрашивал. Переживает. Цветы, опять же его рук дело. Да и глаз у него горит, когда тебя видит, – объяснила Юлька.
– Ты не все про него знаешь, – перебила я, – Он, как и Андрей, был дружком Ефимова.
– Странно, а мне сказал, что, наоборот, никогда его не жаловал, – удивилась Юлька, – Ну, не знаю. Конечно, смотри сама. Но моё мнение, парень он, что надо!
В палату заглянула медсестра и сообщила, что больной, то есть мне, нужен отдых. Юлька быстро собралась и отчалила на работу. Я ещё долго думала обо всём, что произошло, и снова заснула.
На следующий день я действительно чувствовала себя бодрячком, поэтому быстренько выписалась домой.
Здесь были все мои родные и нянчились со мной, как с инвалидом, чему я положила конец, заявив, что очень устала, и хотела бы уже полежать в тишине. Родители все поняли, и разогнали толпу друзей. Я и правда подремала с часок, а когда встала, то обнаружила, что нахожусь одна. Посуда вымыта, в гостиной все убрано. Мама постаралась. Какая же она у меня молодец.
Я пошла в ванную, очень хотелось предаться релаксу: поваляться в ароматной пене под тихую спокойную музыку, забыв о всех земных проблемах. Не успела я снять халат, как в дверь позвонили.
Я чертыхнулась, ну кого еще принесло на ночь глядя, снова завязала халат и направилась к двери. Видеофон показывал площадку, перед моей дверью стоял Дмитрий с корзиной белых роз.
Я открыла.
– Привет, – сказал он, – Извини, что без звонка.
Дима переступал с ноги на ногу, не решаясь войти.
– Да чего уж там, – махнула я рукой, – Проходи. Я, правда, в таком виде, уже никого не ждала.
– Нормальный вид, домашний такой. Я видел тебя и похуже, – улыбнулся он, протягивая корзину, – Вот подруга твоя сказала, ты любишь белые розы.
Я приняла цветы, поблагодарив за шикарный букет.
– Кофе или чего покрепче? – предложила я, проходя на кухню и ставя цветы на самое видное место.
– Давай кофе, – ответил Дима.
Я засуетилась на кухне, доставая джезву, наливая в нее воду и ставя на плиту. В этот момент Дима подошел сзади, обнял и поцеловал в шею.
– Как я за тебя перепугался, – шепнул он мне на ухо, – Почему ты не доверилась мне, почему сбежала тогда из санатория? Не отвечала на звонки?
Я отстранилась от него:
– Я перестала тебе доверять.
Дмитрий снова сел за стол.
– В одночасье? Ни с того, ни с сего?
– Почему же. У меня были доказательства твоего предательства.
– Предательства? – удивился он, – Расскажешь?
– Пожалуйста. Андрей мне показал, как ты вполне дружелюбно общался в баре с Ефимовым.
– Андрей? – переспросил Дима.
– Ну да, он был в моем номере, когда ты набирался коньяком.
– Лоханулся, – тихо сказал Дмитрий.
– Что? – не поняла я.
– Андрюху упустил из виду – вот и лопухнулся.
– А поподробней?
– Можно и поподробней. Когда ты пошла спать, там, в пансионате, приехал Ефимов со своей свитой, мне деваться было некуда, уж кого-кого, а его я точно не ожидал увидеть. Эдуард заметил меня, подошел, предложил выпить. Я решил, что пока буду наблюдать за ним и его бандюками, ты будешь в безопасности. Ну а потом бы я придумал, как предупредить, чтобы ты спряталась где-нибудь. А ты и так сбежала, правда, не только от него, но и от меня, - объяснил он.
– Как тебя мог узнать Ефим? Разве вы были знакомы? – не унималась я.
– Конечно, – подтвердил Дима, – Не забывай, что Андрюха когда-то являлся моим лучшим другом, и был женат на его сестре. Так что, из нашего знакомства я никогда не делал секрета. Странно, что ты не пришла к такому простому выводу.
Действительно странно, что такое объяснение не пришло мне в голову, хотя, как я могла об этом догадаться, если только три дня назад узнала, что Андрей был женат на сестре бандита.
– Потом Ефиму позвонили и, видимо, сообщили, что ты сбежала, потому как тот быстренько со мной попрощался и начал давать указания прочесать лес, – закончил Дима.
Я молча пила кофе, не зная, как реагировать на его рассказ. С одной стороны, собственными глазами видела, как Дмитрий общался со злейшим врагом, а с другой, в свете последних событий – всё объяснимо, и вроде никакой он не предатель, а, наоборот, милый и заботливый, очень-очень хороший.
– И знаешь, что? После того, как ты пропала из моей жизни, я понял, что мне плохо без тебя. Кажется, я тебя люблю, – вдруг тихо сказал он и достал из кармана бархатную коробочку.
Я от неожиданности чуть не подавилась кофе, взяла коробочку, открыла её и обнаружила своё старинное колечко, которое ещё давно спрятала в Димкиной библиотеке.
– Вот. Нашёл случайно. Знаю, как оно тебе дорого, – сказал он.
Димка выглядел таким смущённым, что было на него совсем не похоже. Я встала, подошла к нему и поцеловала в губы:
– Кажется, я тоже тебя люблю.
Неудивительно, что этой ночью Дмитрий остался у меня.
Продолжение следует...
