Джек Лондон: автобиография через призму алкогольной зависимости.
Один из самых популярных писателей XX века, убежденный коммунист, любимый многими читателями в СССР, бунтарь, бродяга, золотоискатель, путешественник - это все он - Джон Гриффит Чейни, более известный нам как Джек Лондон.
Его книги с детства захватывали нас романтикой Севера и тропических островов, персонажи были всегда широкоплечи и могучи, а отрицательные герои всегда получали по заслугам. Конечно, именно протагонистов мы всегда ассоциировали с самим писателем. Для многих не секрет, что Лондон черпал вдохновение для своих рассказов и повестей из собственных приключений. Какой же была его настоящая, а не книжная жизнь?
Мы можем судить о ней из первоисточника: у писателя была автобиография под названием «Джон Ячменное Зерно». Столь необычное название взято из английской народной песни, где этот персонаж олицетворяет урожай зерновых, использовавшихся для приготовления пива и виски. Каждый этап его жизни полон лишений, страданий и борьбы: посев, жатва, переработка и брожения, но в конце он воскресает, как бодрящий и веселящий напиток. Проведенная параллель довольно точно описывает бурлящую алкоголем и приключениями жизнь писателя.
Вся автобиография показана через этапы знакомства и развития отношений самого автора и алкоголя. Первое знакомство писателя со спиртным случилось довольно рано. Если бы меня попросили угадать, я бы точно ошибся. Проверьте навыки экстрасенса и узнайте, догадаетесь ли вы? Итак, впервые Джек Лондон попробовал алкоголь в пять лет! Дело было так. Его отец работал на ферме, и, как обычно, крестьянским детям вверялась обязанность по транспортировке еды в поле для родителей. И среди всех пожитков было ведерко пива, из которого автор выпил, опустив лицо по самые уши. Результат не заставил себя ждать: он дошел до отца и упал прямо под острый плуг, так что первое знакомство вышло «так себе». В следующий раз Джека напоили в семь лет. Для потехи на деревенских танцах ребята постарше накачали его вином до полусмерти, с ним случился приступ белой горячки, и он надолго отбил тягу к спиртному, но Джон Ячменное Зерно не отпустил его.
Разносчик газет и запах моря
Когда будущему писателю было 10 лет, его семья переехала в Окленд, и мальчуган стал работать разносчиком газет, подрабатывая тут и там, но по-настоящему его тянуло в море, и он раздобыл небольшую лодчонку на которой бороздил залив. По его заверениям, в то время он пил редко. Позже, к четырнадцати годам, он познал то ощущение, ради которого пьют многие и многие поколения, проходящих становление от мальчика до мужа подростков и не только. Он попал волею судьбы в компанию из уже бывалых, по его мнению, моряков: юнги сбежавшего с британской шхуны и гарпунщика девятнадцати лет. Они познакомили его с виски и самогоном. По мнению писателя, в четырнадцать он хотел тратить вырученные гроши на сладости. Но алкоголь, по его словам, вызывал чувство единения, настоящей взрослой мужской дружбы. Не обходилось и без случаев, что заставляли Лондона задуматься не притрагиваться более к рюмке:
«Отлив кончился. Вода ушла на все сто ярдов от берега, обнажив мягкое, илистое дно. Я выдвинул киль, врезался в тину, убрал парус и, став по привычке на корме, принялся грести веслом. Тут-то я и начал терять равновесие и, пошатнувшись, вывалился за борт, лицом прямо в липкую грязь. Но что пьян, я смог понять, лишь когда встал на ноги, весь в тине, расцарапанный до крови ракушками, облепившими киль. Ладно, пустяки! Я брел по тине, толкая впереди себя свой ялик и горланя песню, - пусть все знают, что я мужчина. Расплата не заставила себя ждать. Я расхворался на несколько дней, от ракушечных царапин на руках образовались нарывы, и целую неделю я был как без рук: даже рубашку не мог ни надеть, ни снять.
Я дал себе зарок больше не пить. Баста! Игра не стоит свеч».
Но хмельной ветер морской романтики манил его в море снова и снова.
С этого времени и начинается приключенческий путь Лондона и поиски, которые привели его к всемирной славе.
Король устричных пиратов
В пятнадцать Джек устроился работать на консервную фабрику. Трудиться приходилось много, так как рабочий день длился по 10 часов, а то и 16-18 при том, что работа была монотонной.
«Один раз мне пришлось простоять возле машины тридцать шесть часов без смены. Несколько недель подряд я уходил с фабрики не раньше одиннадцати, добирался до постели лишь к половине первого, а в половине пятого уже вставал и, наскоро одевшись и перекусив, спешил на работу, чтобы ровно в семь по гудку быть возле машины».
Дух бунтаря не давал покоя Лондону: он покупает шлюп взаем и становится устричным пиратом. А какой же пират без выпивки? Эти люди ловили устриц в частных владениях и продавали их в рестораны дешевле, чем официальные поставщики. Здесь Джек познакомился с теневым миром и людьми, которые пили в три глотки в портовых трактирах.
Теперь, чтобы войти в этот мир, он должен был пить наравне с ними. По его словам, помогало железное здоровье, так что он даже перепивал многих заядлых пьяниц. Но Джек всегда говорил, что алкоголь ему никогда не нравился. Он ценил его только за то, что тот сближал людей и мог примирить даже врагов. Настоящей его страстью были сладости и чтение.
Так и прошли следующие несколько лет: в лихих кабацких попойках, незаконном сбыте устриц и планомерном пропивании всего, что было на этом заработано. Однажды, сойдя в очередной раз на берег, он умудрился пропить 180 долларов за одну ночь. За постоянные кутежи и опасное управление своей шхуной он удостоился прозвища: «Король устричных пиратов»
«Перепить меня не мог никто, а я, чтобы побахвалиться, пил частенько куда больше, чем следовало. Однажды утром меня вытащили без чувств из развешенных для просушки рыбачьих сетей, в которых я накануне запутался, спьяну не разглядев, куда иду, не зная, на каком я свете».
Но шутки с алкоголем не проходят даром, и Джон Ячменное Зерно снова чуть не угробил будущего писателя. Переходя с берега на свой шлюп, он упал в воду, и течение отнесло его от берега. Джек отлично плавал и мог спастись, но решил, что это отличный повод для завершения истории романтичного «Короля устричных пиратов». Течение отнесло его далеко от берега, он плавал так 4 часа, а протрезвев, понял, что умирать не хочет. Правда, было уже поздно, его тело окоченело от холода, а руки обессилели. Спас случай: проплывавшее мимо рыболовное судно заметило горе - самоубийцу и подобрало его.
После Лондон задумался о смене рода деятельности и отказе от алкоголя. Но продлилось это недолго. Во время выборов голоса продавали за выпивку, а не напиться на халяву он не мог, поэтому, выпив сверх меры, снова чуть было не лишился жизни, в поезде ему стало плохо, и он разбил головой стекло, чтобы подышать воздухом.
Джек отправляется в море
Прошло еще немного времени, и Джек решил, что пора найти дело, которое отвлечет его от алкоголя или тяга к виски его погубит.
В возрасте 17 лет он нанимается на китобойное судно, которое должно отправиться к берегам Японии для ловли котиков. Целых три месяца он должен был познавать суровую морскую романтику на промысловой трехмачтовой шхуне «Софи Сазерленд». Здесь пить было строжайше запрещено, только яркие, но редкие пьяные оргии в японских кабаках потрясали его трезвую жизнь, теперь молодой организм очистился от последствий юношеского алкоголизма. Тем более Лондон получил отличные деньги по возвращении, каждый матрос теперь строил планы на светлое будущее. Кто-то хотел снять квартирку в приличном районе и найти хорошую работу, швед и датчанин хотели уехать в Скандинавию к семьям, которых давно не видели. Но в порту нужно было проститься с друзьями и ни одному из прекрасных стремлений не суждено было сбыться. Все было мгновенно промотано в ближайшем кабаке.
Пора остепениться
После очередного загула Лондона перестала привлекать портовая романтика, и он устроился на джутовую фабрику, но тяжелейший труд по 10 часов в день и маленькая зарплата вынудили его вновь задуматься о поиске жизненного пути. Теперь, решил он, закончилось время работы на фабриках в качестве простого рабочего, нужно было повысить планку. Отличным шансом была работа на электростанции, снабжавшей трамвайные линии, где он хотел выучиться на монтера.
Но сперва ему предложили должность кочегара с перспективой стать электриком. Правда, Джону опять не повезло. Он уже представлял себе светлое будущее, как рвением к труду добьется повышения, женится на дочке директора и получит долю в компании. Но очередные капиталисты обманом спихнули на семнадцатилетнего юнца работу, которую выполняли несколько взрослых мужчин, а платили половину от жалования одного – доллар за десять часов. Он целый день кидал уголь и, приходя домой , даже не мог доползти до постели, засыпая за обеденным столом. Так продолжалось до того момента, когда через несколько недель один рабочий не рассказал ему о том, что его обманывает директор. Джек вновь вернулся к приключениям и попробовал жизнь бродяги – «алки» - так называли тех людей, кто постоянно пил и ездил по стране, забираясь в товарные вагоны поездов. Так он скитался по разным городам, а когда вернулся в Калифорнию, твердо решил получить образование.
С этим возникла загвоздка. Лондон не окончил курс средней школы, и нужно было три года учиться, чтобы поступить в университет, он не хотел ждать и выбрал путь короче – готовиться самостоятельно. Он, как сумасшедший, зубрил по девятнадцать часов в день, а когда сдал экзамены, не мог больше смотреть на книги. Его снова потянуло в море и к выпивке.
Он отправился на небольшом шлюпе прочь из залива Сан-Франциско к своим друзьям, которые промышляли устричным пиратством.
Экзамены он действительно сдал, но через год оказалось, что семья не может позволить содержать студента, Лондону нужно было работать. В этот промежуток он и стал писать. Он получил работу в прачечной при академии, где гладил нарядное белье профессорских жен и напивался по выходным, еще оставалось немного времени, чтобы писать.
Клондайк и несбывшиеся надежды
Грянул 1897 год. На Аляске было найдено золото, и сестра с мужем снарядили 21-летнего Лондона в экспедицию. Он забросил литературу и мечтал вернуться с Клондайка богачом, но судьба обманула его. С Севера он привез только цингу. Во время его отсутствия умер отец будущего писателя, и он остался единственным кормильцем. Начало двадцатого века было тяжелым временем для США, и работу найти было сложно. Он пытался устроиться натурщиком, сиделкой для стариков, коммивояжёром по продаже швейных машин, но ничего не удавалось. Ему пришлось заложить плащ своего отца, велосипед и часы. В отчаянии, чтобы заработать хоть пару долларов, он отправил свой рассказ в местную газету, но его так и не напечатали. Время шло, и Лондон пытался устроиться почтальоном. Вполне престижная профессия по тем временам, форменная одежда и постоянный оклад, а главное не пыльная и не тяжелая работа. Но вакансии не было, и нужно было ждать. В дни вынужденного безделья он пишет несколько рассказов и рассылает их в журналы и газеты, а несколько ему удается продать. Вот они - первые деньги за его литературный талант! Он выкупил заложенные в период безденежья вещи, и дела только пошли в гору, как поступило письмо, что вакансия почтальона открыта. Перед Лондоном встала дилемма его жизни: стать почтальоном и стабильно зарабатывать или рискнуть и продолжить писать.
Как мы с вами знаем, несостоявшийся почтальон Джон Гриффит Чейни выбрал путь писателя.
Путь писателя
С этого момента начинается литературный путь Лондона, его повести и рассказы приносят ему известность. Дальше будет женитьба на Чармиан – любви всей его жизни, свое ранчо в Калифорнии, путешествие на личной яхте – Снарке. Казалось, Джон Ячменное Зерно оставил писателя, но нет. С успехом Лондон сменил компанию портовых пьяниц на высший свет Сан-Франциско и перепивал их также уверено.
Однако испытание медными трубами дало о себе знать, писатель впал в тяжелую депрессию. Спасение от нее он находил в паре-тройке коктейлей перед обедом, после, за ужином. Так незаметно проходил весь день, алкоголизм и угнетенное состояние психики потихоньку губило писателя. Его жизнь была невероятно яркой, хотя и перемежалась мыслями о самоубийстве, и на 41-ом году жизни в 1916 году Джек Лондон был найден мертвым, скончавшись от передозировки морфием. По сей день ведутся споры: случайность или самоубийство, есть и версия об убийстве, но важно не это.
Джон Гриффит Чейни, или Джек Лондон подарил нам множество прекрасных минут вместе с его могучими и суровыми героями. Его романы уносили нас к просторам крайнего Севера, бросали в шторм у берегов тропических атоллов. И мы, лежа в палатке на берегу знакомой реки, представляли себя в далеких краях или под палубным тентом.