Я узнала, как сейчас знакомится молодежь. С помощью социальных сетей, естественно. И что-то я прям взгрустнула за новое поколение, и одновременно с этой грустью почувствовала, что моему поколению (некоторой его части) ужасно повезло. Ну тем, кто еще не успел развестись и тоже попасть в сети «лень куда-то выходить, да и зачем, если есть фейсбук».
Ну вот что запомнится с той самой первой встречи? «Привет, чика, клевая фота». Сердечко в сториз, хохочущий смайл под фото. «Ну че ты как». «И это тоже мой любимый фильм» или вот это самое нетривиальное и видимо сексуальное - «а ты ничего» и полуулыбкой скобка, поди разберись, издевается или реально улыбается, стервец, подкатывая свои волосатые ноги и сердце.
Черт-те-что, никакой романтики. Поди потом вспомни, а это точно писал будущий муж-любовь всей жизни, или все-таки Петя, Вася или Ivan001? А в принципе, какая разница, учитывая формат встречи, вряд ли ошибешься. «Как вы познакомились»? - спросят друзья или дети. «Ну я ей чето-там написал и закрутилось». Ну-да, ну-да, как необычно. Запишем в анналы, будет, что рассказать внукам.
То ли дело в наше время, поправляя седину, с придыханием вспоминаю я.
Как шла на страшнющих шлепанцах ярко-салатового цвета на толстеннной подошве, периодически сваливаясь с них, подворачивая куцые лапки со стопкой постельного белья, и тут он. Красавец в спортивных шортах, желтой майке с подушкой и одеялом под мышками. Дело было в летнем лагере, чтобы вы понимали.
И наши глаза встретились. Подушка у него упала, а я грохнулась со шлепанцев, в общем, каждый успел почувствовать себя идиотом. А потом он отдавал мне свои сосиски (звучит как сцена порнофильма е-мое), чтобы я наелась. А ночью крался с бутылкой шампанского в мою комнату. А на утро мы уже ...а впрочем не важно.
А моя подруга? Она поперлась на гей-вечеринку (сама того не ведая) и на утро пришла уже вся влюбленная по самое не могу. Говорила: «Господи, как мы с ним танцевали, как танцевали! Он меня кружил, кружил, пока не уронил, посмотри, у меня вся жопа в синяках. Анька, это пиздец, я влюбилась»!
Другая делилась: «Он меня раздел в ресторане». Я тоже в этот момент поперхнулась вином, оказалось, он её глазами весь вечер будто раздевал, и она прям не могла, потому что это ужасно бесило, он был лысый и вообще, какой-то странный, как Луи де Фюнес. А потом этот лысый попросил её телефон, подловив у туалета, а она смотрела в его глаза и думала, фиг с тобой, лысый чёрт, мне уже интересно. И пропала, конечно, на долгие прекрасные годы. Оказался не такой уже странный, и весьма симпатично – эта лысина-то. Уже не Фюнес, а вполне себе Федор Бондарчук, только ростом пониже.
А одна тётя вспоминала: «Ой, - говорит, - ходил вокруг меня в своей шляпе, франт такой! А я думаю, да не дам я тебе, не дам! А он с цветами меня после работы ждет, шляпу свою поправляет, ну я и …сдалась», – и краснеет чертовка, вспоминая, как сдавалась ему в комнате коммунальной квартиры под звук грохочущих тазиков, топочущих детских ног по паркету и крики соседей.
Один знакомый рассказывал, как влюбился: «Она смотрела на меня своими коровьими глазами, и я ронял стаканы и бутылки (он барменом работал, а она – официанткой) и ничего не мог поделать, бляха муха, пол зарплаты отдал за разбитое стекло. Домой иду, а её глазищи все на меня смотрят». И девушка даже не обиделась, что её сравнили с коровой, и замуж вышла, и родила ему парочку симпатичных коровят.
Ну понимаете, да? Столько милых воспоминаний-картинок, совершенно нелепых и вроде бы прозаичных, пока не поймешь, что бывает еще хуже. Он увидел мою сториз и послал мне сердечко. И понеслась. На тысячном лайке сдалась. Божечки, думаешь, а мы оказывается были такими развратными.
«Оля, ты же говорила, что ни за что не отдашься ему на первом свидании», - «Так он мне Бродского читал, как я могла поступить иначе?!».
И соглашаешься, не могла. И слава богу, успела. Будет, что вспомнить.