Статьёй 61-й Конституции СССР (редакция 1924 года) при СНК СССР учреждалось Объединённое Государственное Политическое Управление, имевшее своей целью объединение «революционных усилий союзных республик по борьбе с политической и экономической контрреволюцией, шпионажем и бандитизмом». Конституции 1936-го и 1977-го годов таковой статьи уже не имели – видимо, со всеми напастями было настолько кардинальным образом покончено, что надобность в наличии ОГПУ отпала сама собой!
Идеологическая же составляющая первого Основного Закона Союза ССР продолжала тенденцию, заложенную ещё в Конституции РСФСР 1918 года: «новое союзное государство явится достойным увенчанием заложенных ещё в октябре 1917 года основ мирного сожительства и братского сотрудничества народов» и «послужит верным оплотом против мирового капитализма и новым решительным шагом по пути объединения трудящихся всех стран в Мировую Социалистическую Советскую Республику».
«Сталинская Конституция» («конституция победившего социализма») 1936 года отошла от интернационалистских задач СССР в плане построения мирового социалистического государства. Исчезла и преамбула, присутствовавшая в Основном Законе 1924 года. Утверждалась социалистическая суть государства рабочих и крестьян (Ст.1), политическую основу которого составляли Советы депутатов трудяшихся, «выросшие и окрепшие в результате свержения власти помещиков и капиталистов и завоевания диктатуры пролетариата». Высшим органом государственной власти провозглашался Верховный Совет СССР. Статья 126-я фактически учреждала в качестве государственной коммунистическую идеологию: «наиболее активные и сознательные граждане из рядов рабочего класса и других слоёв трудящихся объединяются во Всесоюзную коммунистическую партию (большевиков), являющуюся передовым отрядом трудящихся в их борьбе за укрепление и развитие социалистического строя и представляющую руководящее ядро всех организаций трудящихся, как общественных, так и государственных».
В преамбуле Конституции СССР 1977 года Советский Союз представлялся уже в качестве государства, в котором «построено развитое социалистическое общество», которое, в свою очередь, представляло из себя «закономерный этап на пути к коммунизму». В 1937-м году социализм в СССР победил, а через сорок лет стал развитым!
Не берусь судить о степени правомерности обоих утверждений, но невольно закрадываются сомнения в их соответствии действительности. Какой же, в таком случае, социализм победил в 1937 году, если лишь к 1977-му году он развился в развитой?
Статья 1-я Основного Закона закрепляла СССР уже не только как государство рабочих и крестьян, но и добавила к первым двум классам (в построенном бесклассовом обществе?) интеллигенцию (в виде «прослойки»!): «Союз Советских Социалистических Республик есть социалистическое общенародное государство, выражающее волю и интересы рабочих, крестьян и интеллигенции, трудящихся всех наций и народностей страны».
Появляется в своём первозданном виде Статья 6-я, прямо определяющая государственную идеологию страны «развитого социализма», в котором «Руководящей и направляющей силой советского общества, ядром его политической системы, государственных и общественных организаций является Коммунистическая партия Советского Союза. КПСС существует для народа и служит народу».
В той же 6-ой Статье раскрывается сущность этого «руководящего и направляющего»: «Вооружённая марксистско-ленинским учением, Коммунистическая партия определяет генеральную перспективу развития общества, линию внутренней и внешней политики СССР, руководит великой созидательной деятельностью советского народа, придаёт планомерный, научно обоснованный характер его борьбе за победу коммунизма».
Ну, и маленькое уточнение в той же статье: «Все партийные организации действуют в рамках Конституции СССР» – то ли это констатация факта соответствия деятельности парторганизаций Основному Закону, то ли призыв к этим организациям действовать в рамках этого Закона. Стоит заметить, что речь в данном случае идёт о партийных организациях, но не об органах КПСС – ЦК, Политбюро и прочих!
Немаловажное замечание: изменения во все Конституции СССР вносились (согласно соответствующим статьям, но отнюдь не теми статьями, где это право предоставлялось референдумам!) решениями Верховного Совета, а то и просто Президиумом ВС СССР.
Перестройка-гласность и прорабы-лаборанты подарили нам не токмо «новые веяния» совместно с собою, но и переработанную статью 6-ю, полностью устранившую коммунистическую идеологию из Основного Закона, предоставив «руководящей и направляющей» соревновательное право на участие в «идеологическом тендере»:
«Статья 6. Коммунистическая партия Советского Союза, другие политические партии, а также профсоюзные, молодёжные, иные общественные организации и массовые движения через своих представителей, избранных в Советы народных депутатов, и в других формах участвуют в выработке политики Советского государства, в управлении государственными и общественными делами».
КПСС приравняли к «Обществу защиты канареек» и коллективу художественной самодеятельности на государственном уровне!
Но странность ситуации с фактическим устранением коммунистической идеологии состоит в том, что все цели, задачи и их выполнение, ярко окрашенные в марксистско-ленинский цвет в Конституции 1977-го года, остались и в редакции Основного Закона – в Преамбуле, – оставив Компартии право ставить и выполнять те задачи на конкурсной основе!
Понять, собственно, такое положение возможно, если учесть известный тезис того времени о «социализме с человеческим лицом». Мол, извините нас, граждане и гражданки, но ранее мы правили с лицом неведомо каким, но отныне будем управлять токмо с человеческим – красивым, благообразным и без макияжа!
«Демократизация», «либерализация» и прочие «цивилизационные» «обще-человечности» развели пары во всю дурь западных «ценностей» – и состав, соскочив с рельс, помчался в даль неведомую, теряя на ходу вагоны, в каждом из которых пассажиры запели песни на разные голоса, на разных языках под соответствующие выпивки и закуски…
Идеологическая составляющая, например, конституции Белоруссии имела довольно размытый вид:
«Мы, народ Республики Беларусь (Беларуси), исходя из ответственности за настоящее и будущее Беларуси, сознавая себя полноправным субъектом мирового сообщества и подтверждая свою приверженность общечеловеческим ценностям, основываясь на своём неотъемлемом праве на самоопределение, опираясь на многовековую историю развития белорусской государственности, стремясь утвердить права и свободы каждого гражданина Республики Беларусь, желая обеспечить гражданское согласие, незыблемые устои народовластия и правового государства, принимаем настоящую Конституцию — Основной Закон Республики Беларусь.
Статья 1.Республика Беларусь — унитарное демократическое социальное правовое государство».
Куплет красивый, мелодичный. Особенно впечатляет и умиляет «многовековая история развития белорусской государственности»!
Идеология государства Беларусь, слегка обозначенная в преамбуле, раскрывается полностью (если это так можно назвать) в статье 4-й:
«Демократия в Республике Беларусь осуществляется на основе многообразия политических институтов, идеологий и мнений.
Идеология политических партий, религиозных или иных общественных объединений, социальных групп не может устанавливаться в качестве обязательной для граждан».
Грамадзяне і грамадзянкі Рэспублікі Беларусь! З гэтага часу можна ўсё! Весялецеся і смуткуйце ў меру сваіх здольнасцяў і магчымасцяў - і Бог вам суддзя!
Но статья 16-я несколько охлаждает пыл развеселившихся грамадзян и грамадзянок, несколько увеличивая степень их печалей:
«Взаимоотношения государства и религиозных организаций регулируются законом с учётом их влияния на формирование духовных, культурных и государственных традиций белорусского народа».
Преамбула конституции другого вагона… прошу прощения – конституции Казахстана практически ничем не отличается от белорусской:
«Мы, народ Казахстана, объединённый общей исторической судьбой, созидая государственность на исконной казахской земле, сознавая себя миролюбивым гражданским обществом, приверженным идеалам свободы, равенства и согласия, желая занять достойное место в мировом сообществе, осознавая свою высокую ответственность перед нынешним и будущими поколениями, исходя из своего суверенного права, принимаем настоящую Конституцию».
Отличие одно: народ Казахстана лишь начал «созидать государственность на исконной казахской земле», тем самым не отрекаясь от начала этой государственности именно в Российской Империи и развития оной в составе СССР! Мне так видится.
Но вот с идеологией – та же история. Обозначена приверженность «идеалам свободы, равенства» без указания на источник этих идеалов, но с желанием «занять достойное место в мировом сообществе». В качестве чего и какое место, не указывается, но желание вполне естественное – не поспоришь!
Помимо того, что Казахстан «утверждает себя демократическим, светским, правовым и социальным государством, высшими ценностями которого являются человек, его жизнь, права и свободы» (ст.1), основополагающими принципами государства объявляются «общественное согласие и политическая стабильность, экономическое развитие на благо всего народа, казахстанский патриотизм, решение наиболее важных вопросов государственной жизни демократическими методами, включая голосование на республиканском референдуме или в Парламенте».
Ну что ж, «казахстанский патриотизм» – всё лучше, чем ничего…
И тут же стать 5-я утверждает, что «в Республике Казахстан признаются идеологическое и политическое многообразие». И существенная оговорка: «Не допускается создание в государственных органах организаций политических партий». А если какая –либо из партий «обременена» казахстанским патриотизмом? Даже с такой «беременностью» нельзя «создавать» и работать в государственных органах?
А вот содержание 4-го пункта 5-й статьи – как бальзам на душу:
«В Республике не допускается деятельность политических партий и профессиональных союзов других государств, партий на религиозной основе, а также финансирование политических партий и профессиональных союзов иностранными юридическими лицами и гражданами, иностранными государствами и международными организациями».
Преамбула Конституция России 1993 года аналогична преамбулам двух предыдущих Основных Законов(Белоруссии и Казахстана) с существенным отличием лишь в одном: в указании на многонациональный состав народа России. Но идеологическая «беззубость» – та же!
Ничего не дополняют в плане государственной идеологии и последующие статьи: всё те же указания демократичность правового устройства с объявлением высшей ценностью на государственном уровне человека и его прав и свобод. Причём, соблюдение и защита этих прав и свобод вменяется в обязанность государства. Ну, хоть что-то!
Статья 13-я дублирует соответствующие статьи конституций Казахстана и Белоруссии:
«1. В Российской Федерации признается идеологическое многообразие.
2. Никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной».
В Российской Империи превалировала идеология, впервые озвученная в период правления Николая I в виде тезиса «Православие, Самодержавие, Народность». Иначе – За веру, царя и Отечество.
В советский период коммунистическая идеология исключала любую другую на государственном уровне. Она была единственной – руководящей и направляющей, одним лишь своим самоутверждением в Конституции исключающей любую другую идеологию. Думаю, что именно такой подход к утверждению государственности СССР и позволил нам выдержать всё, что выпало на долю нашей Родины. Лишь с принятием допущения «соревновательного» момента в выборе государственной идеологии мы лишились не только этой идеологии, но и не приобрели какой-либо иной, что лишило, в свою очередь, наше государство смысловой нагрузки нашего развития. Кто мы, куда идём и с какой целью – все три вопроса пока не имеют ответа именно из-за отсутствия стержня, коим в своё время являлась идеология СССР.
В качестве «информации для размышления» предлагаю преамбулу конституции ФРГ 1949 года (действует с многочисленными поправками, принятыми в разное время и по различным поводам):
«Сознавая свою ответственность перед Богом и людьми, воодушевлённый стремлением сохранить своё национальное и государственное единство и служить в качестве равноправного члена объединённой Европы всему миру, немецкий народ в землях (перечисление земель), в целях придания нового порядка государственной жизни (имеется в виду порядок после денацификации) на переходный период, исходя из своей конституирующей власти, принял настоящий Основной Закон Федеративной Республики Германии. Он (немецкий народ) действовал также от имени тех немцев, которые были лишены возможности участвовать в этом процессе. Ко всему немецкому народу обращён призыв довести до конца дело единства и свободы Германии, исходя из принципа самоопределения».
Может, и нам воодушевиться каким-либо образом в стремлении сохранить своё многонациональное и государственное единство и довести, вернее – обозначить более развёрнуто дело единства и свободы Государства Российского? Свободы, прежде всего, от того наносного, чуждого нам, что привнесли в наш Основной Закон те, для кого Россия и её народ – лишь место и механизм удовлетворения своих политических, меркантильных и прочих «общечеловеческих» устремлений?