Новелла
Город широко раскинулся по берегу моря серыми громадами своих зданий. Он был опутан сетью больших и малых дорог. По ним непрерывно шел поток машин.
Моросил противный ноябрьский дождь. По тротуарам шли, боязливо озираясь, пешеходы. Ветер, дождь, холод подгоняли их. Смог и утренний туман смешались. Бело-серая пелена скрыла солнце. Иногда над городом проносились самолеты, но редкие пешеходы не обращали на них внимания. Они спешили, кто куда: на работу, в школу, в магазин за хлебом и молоком...
В окне маленького ветхого домика, каких в городе было бесчисленное множество, горел свет. Клавдий включил его, так как было еще темно.
Разбудив его, мать сказала все те же "дежурные " слова:
"Сыр, хлеб, масло, чай на столе. Смотри, не опоздай в школу". И ушла на работу. Он крикнул ей вслед: " Ну, прощай, мама!"
Работа была ее единственным средством забыть о тягостях жизни. Отец бросил их десять лет назад.
" Надоела эта школа. Не пойду сегодня, ведь и уроки не сделал ", - подумал Клавдий, снова забравшись в постель. Он укутался и лежал так полчаса. Холодно!
"Каждый день один и тот же завтрак: чай, масло, хлеб, сыр. Есть не хочется, пойду погуляю".
Клавдий надел старую куртку, потертые изношенные джинсы, кеды-ветераны. Он уже забыл, когда их купил. На голову натянул новенькую спортивную шапочку, свою гордость. И вышел на улицу.
Небо встретило его неприветливо. Он брел бесцельно, куда глаза глядят.
Разные чувства были в душе Клавдия. Ему все осточертело: этот город, машины, бесконечный шум.
С каждым посещением школы его ненависть к ней усиливалась, она стала уже патологической. "Там одни быки и тупые учителя, акселераты и эгоисты. Уже десятый год сижу в этой школе, изучаю теоремы и формулы, которые в жизни мне не пригодятся, совершенно ненужную чепуху.
Он шел, рассматривая с ненавистью попадавшиеся на пути особняки. Проходя мимо одного из таких домов, он увидел хорошо одетого человека. Тот презрительно посмотрел на Клавдия.
Большинство сверстников Клавдия хотело быть крутыми и богатыми. В классе он ничем не выделялся, был тихоней, троечником,.
Школу просто терпел. "Досидеть до конца и домой!".
А дома что? Книги, телевизор. Пацаны на улице были злые, курили, пьянствовали. Они избили его пару раз, больше он на улицу не выходил.
Однажды один сверстник подошел к Клавдию и потребовал червонец. "У меня нет", - ответил Клавдий. "Врешь. А если нету, иди у пацанов возьми и принеси!" Клавдий вспылил: "Я не обязан. Кто ты такой, чтобы мной командовать!" Удар. Чудовищная боль. Еще больше ненависть. Позднее Клавдий узнал, что этот парень уже три года занимается каратэ, занял много призовых мест.
Клавдия мучило его бессилие. В книгах он читал, что есть сильные и слабые. И горько было сознавать, что он - в последней категории.
В детстве он давил муравьев, играя. "Я - муравьиный бог", - думал он тогда. Безуспешно пытались муравьи убежать от него. Но однажды он рассмотрел через лупу одного умирающего муравья. Ему показалось, что тот плачет, и что-то шепчет ему, что-то жалобное. После увиденного к муравьям Клавдий больше не приближался. Жизнь казалась ему скучной, безысходной: завтрак, школа, уроки, телевизор. А вечером мать возвращалась с работы, уставшая. В сумке она приносила что-нибудь вкусное. Они ужинали вместе, смотрели телевизор, около десяти вечера обычно ложились спать, каждый в своей комнате.
По воскресеньям Клавдий ходил на шахматы. Но вот уже год, как бросил. А дело было так: пришел один маленький восьмилетний вундеркинд и разгромил Клавдия.
Потом записался на плавание, но заболел там пневмонией, пришлось оставить и это. Дома лечился, лежал в больнице. Ночью там он не спал, боялся, что таракан заползет к нему в ухо.
Пошел в секцию каратэ-до. Все было вначале хорошо. Но однажды упал, поскользнулся на деревянном полу в спортзале. В итоге с каратэ было покончено...
В субботу, воскресенье Клавдий выходил к друзьям. Один из них был высоким, на полголовы выше Клавдия. Он постоянно потягивался при нём. "Что-то я подрос". Из-за этой часто повторяемой фразы Клавдий перестал с ним общаться. А второй друг увлекался девочками. Он часто говорил Клавдию: "Видишь вон ту бабу, подойди к ней, сделай движение!" Клавдий не понимал этого. Любовь в его мечтах была чем-то внеземным, сказочным. А друг просветил его. Да так, что на девушек Клавдий и не смотрел больше.
«Друг» однажды пришел в его школу с товарищем и стал оскорблять Клавдия, "Ты - трус!" Клавдий ударил его, но не заметил, что ему подставили подножку. Накаченный дружок сделал свое дело. Он смял Клавдия в охапку, долго бил. Школьный охранник только пропищал тоненьким голосом: "Тут не деритесь, во дворе деритесь". На следующий день Клавдий попросил одноклассников разобраться с обидчиками. Те вроде и поддержали его, но разборка не состоялась. Избивший его парень сказал: "Я защищал своего друга". И все. До разборок Клавдию хотелось уничтожить обоих негодяев, но теперь он понял бессмысленность этого. Оставив разбирающихся одноклассников и обидчиков, Клавдий ушел домой.
Ему вспомнилась другая драка, где он победил. Дрались во дворе какого-то заброшенного здания. Ребята обступили кольцом место, где Клавдий и Х дрались. Он уже забыл и причину драки, и имя того, с кем дрался. Но помнил то тупое чувство победы. Он бил, его били. Но он свалил своего врага, у того из носа потекла кровь. Толпа кричала: "Бей его, в нос бей, ногами работай!" И вот их разнимают. Ему кричат: "Красавчик!", хлопают по плечу...
Он вышел к берегу моря. Только тут он понял, что совершенно одинок. "Но это и хорошо. Вокруг только море. Как хорошо насладиться покоем. Никто не достает, никто не оскорбит. Один - это прекрасно!"
" Работать, учиться, производить на свет новых людей и - умирать. И все. А я не хочу так. Всю жизнь мы потребляем, и всю жизнь нам чего-то не хватает.
Он заметил нечто, лежащее на берегу. Подойдя поближе, увидел труп тюленя. Он потрогал его ногой, в нос ударил запах мертвечины.
" Все равно нас ждет судьба этого тюленя. Нас зароют, чтоб не пахли. Вот и вся жизнь, бессмысленная и жестокая. " Клавдий направился к прибрежным скалам. Их черные монолиты подавляли все вокруг...
"Смерть - единственный выход. Там, в волнах, скрыт долгожданный покой". Так думал Клавдий, глядя вниз со скалы. Но другой голос говорил в нем: "Подумай о матери, Клавдий!" Он много раз спорил с матерью о смысле жизни, но все его доводы о ненормальности этого мира разбивались об одну и ту же шаблонную фразу: "Все так живут, такова жизнь, по-другому быть не может».
Открытием для него стала случайно услышанная песня Виктора Цоя "Закрой за мной дверь, я ухожу..." Клавдий обрадовался.
Но... в одном журнале он прочел, что Виктор Цой погиб в автокатастрофе 15 августа 1990 года в 12 часов 27 минут, то есть несколько лет назад. Песни Виктора Цоя воплощали все мысли Клавдия, всю боль его поколения.
"Он мог бы стать моими кумирами, если бы был жив", _ думал Клавдий. Он много читал, увлекался научной фантастикой: Брэдбери, Азимов, Ефремов. Его настольной книгой стал роман последнего "Туманность Андромеды". Эта утопия потрясла Клавдия: мир счастья, справедливости, добра и альтруизма. "Жаль, я не живу в таком мире. Как хотел бы я стоять у руля звездолета рядом со смелым человеком будущего Даром Ветром, вместе с ним улететь к далекой Туманности Андромеды!"
Тут его окликнул чей-то грубый голос с акцентом: "Эй, бабки есть?" кровь прихлынула к лицу. Он обернулся - в нескольких шагах от него стояла троица: один был повыше, другой - пониже, но третий, третий вселял страх? тупое выражение, самоуверенность и сила - все это говорило, что он и есть вожак этой маленькой стаи. Вожак засучил рукава, выставляя напоказ свои накаченные предплечья...
"Денег у меня нет!" - уверенно сказал Клавдий.
"Ты кого обманываешь? Сюда смотри!" - вожак ударил его резко в лицо. Боли Клавдий не почувствовал. Перед глазами промелькнули все моменты его жизни. Эта мысль пронзила его мозг. " Я жил плохо, не понимал людей.
Он очнулся от секундного просветления. Перед ним стояли трое. В спину дышало море. "Вот они - зло? Нет. Чего вы хотите от меня?»
Клавдий был на самом краю. Ветер выл, волны неистово бились о скалы, превращаясь в мириады капель, капли вновь становились волнами. Чайки летали над морем низко и быстро.
Клавдий хотел что – то крикнуть обидчикам, но неожиданно оступился и рухнул в бездну.
Высоко взошло солнце. Туман рассеялся. Город уже шумел жизнью нового дня...