Карл Брюллов успел закончить Императорскую Академию художеств, уехать в Италию и вернуться в Россию через 14 лет художником европейской известности, а собор, который начали строить в 1818 году, все строили и строили.
Наконец, началась работа над внутреннем убранстве храма, и в 1843 году Карл Павлович Брюллов получил заказ на роспись купола храма.
Собор преподо́бного Исаа́кия Далма́тского входит в число самых известных достопримечательностей Санкт-Петербурга. Золотой купол Исаакия виден с любой точки города, он сияет даже в сумрачную погоду.
Послушно переводя взгляд за указаниями экскурсовода с одной детали убранства на другую, посетители поднимают голову, чтобы посмотреть на парящего под куполом голубя.
На высоте более 80 метров он сияет в потоке света, льющегося из хрустальных окон купольного барабана. Снизу он кажется не более 30 сантиметров, на самом деле его размеры 1,65×1,07 метров. Голубь, парящий в золоченых лучах, – символ святого духа, является смысловым и композиционным центром, точкой притяжения персонажей, изображенных на плафоне главного купола.
И вот тут-то все вдруг видят великолепные росписи. Они созданы самым знаменитым живописцем того времени – Карлом Брюлловым. Правда, ко времени их создания – 1847 -48 годы, слава его как исторического живописца несколько потускнела (после его самой знаменитой картины «Последний день Помпеи»), причиной тому стала неудача с огромным историческим полотном «Осада Пскова». С тем большим энтузиазмом взялся Брюллов за работу, получив заказ на роспись Исаакиевского собора. Иконографическая программа Исаакиевского собора уникальна, авторами ее идейного замысла были представители Святейшего Синода, император Николай I, архитектор Огюст Монферран.
Художнику было поручена роспись купола, паруса, пространство между куполом и арками, мест для фигур 12 апостолов и аттик. Карл Брюллов не был художником - монументалистом, и все-таки его живописный гений и высокий профессионализм позволили ему создать великолепные монументальные композиции. Им были созданы эскизы практически для всех росписей, но непосредственно им лично была выполнена роспись плафона, которая доминирует в декоративном ансамбле храмового интерьера.
Брюллов работал над эскизами 4 года. Им было сделано несколько сот набросков фигур, голов, рук, драпировок.
Но все было не просто. Работу и по строительству, и по отделке курировал сам император Николай I, он забраковал 22 эскиза.
Представители Синода, рассматривая картоны - графические эскизы росписей в полную величину - рекомендовали Брюллову «в лице изобразить более смирения и кротости, а волосам дать другое расположение» апостолу Филиппу,
а апостолу Петру «прикрыть колено и ускромнить выражение глаз».
Были и другие сомнения и замечания. « С этим куполом было много возни. Все уверяли, что живопись будет не видна, а он (Брюллов) бесился и, наконец, собрал академиков, и показывая пробный рисунок, сделанный контуром толщиною в палец чёрта, он сказал: «Господа, неужели вы нехорошо видите? Я уверен, что если там написать такими же крупными буквами слово «дурак», то всякий из вас прочтет». На претензию одного из участников обсуждения, что трудно будет смотреть на его живопись в куполе, так как для этого нужно задирать вверх голову, он отвечал: « Ведь только свиньям не подобает смотреть на небо».
Да, великий Карл Павлович Брюллов был страстен, резок и нетерпим. Но будь он другим, знали бы мы его картины, помнили ли нем?
Плафон главного купола «Богоматерь во славе» — самая крупная роспись собора, площадь 816 квадратных метров. Художник был вдохновлен грандиозностью задачи: «Мне тесно, я бы теперь расписал небо!».
Сюжет росписи - молящаяся Богоматерь с предстоящими Иоанном Крестителем и Иоанном Богословом. Рядом располагаются святые покровители царствовавшего Дома Романовых. Учитывая размеры и сферическую поверхность купола, Брюллов использовал круговую композицию, оставив широкие просветы фона, создающего эффект напоенного солнцем небесного свода. Многочисленные персонажи изображены без детализации, в сложных ракурсах. Живописная балюстрада иллюзорно связывает плафон с архитектурными формами купола.
Он почти расписал купол, но работать становилось все тяжелее. Сырость, холод, каменная пыль подорвали и без того некрепкое здоровье художника. «Простуда, ревматизм, переходивший из места в место и павший на сердце, произвели воспаление, и следствием этого была моя опасная болезнь, продолжительная и ужасная, уничтожавшая мое здоровье, восстановление которого и при благоприятных обстоятельствах врачи мне скоро не обещают», - писал Брюллов. Художник принимает трудное для себя решение оставить работу в Соборе, говорил «Принимаю как испытание…».
Предполагается, что оставить работу мастер решил не только из-за тяжелой болезни, но и по причине конфликтов с вышестоящими лицами. Чего ему стоил скандал с Огюстом Монферраном! Автор проекта Исаакиевского собора и руководитель строительства потребовал исправить некоторые эскизы и, после отказа Брюллова сделать это, добился отмены заказанных работ. Только вмешательство особ императорского дома помогли вернуть заказ художнику.
Плафон главного купола Исаакиевского собора - одно из последних творений Карла Павловича в России. Он успел написать все основные фигуры плафона. Так что, заканчивавшему его работу П. В. Басину оставалось только дописать фон и создать несколько картин для оформления центрального пространства храма по картонам Брюллова.
Весной 1849 года Карл Брюллов покинул Россию, лечился на острове Мадейра, посетил Испанию, и окончательно вернулся в Италию, где и умер в местечке Манциана под Римом в июне 1852 года
Карл Павлович Брюлло́в - 12 [23] декабря 1799, Санкт-Петербург, Россия — 11 [23] июня 1852, Манциана, Папская область