До революции разделение по религиозному признаку было чем-то естественным. Люди поколениями так жили. Более того, были обязаны одеваться так, чтобы их можно было отличить в толпе. Отличали по головным уборам, по форме бороды (не везде), иногда по цвету одежды.
Но вот, все изменилось. Началась индустриальная эпоха. Христианские дети перестали читать утреннюю молитву, мусульманские - намаз, все стали одеваться примерно одинаково и изучать науку.
Старшее поколение часто воспринимало перемены с болью: многие перемены попросту были непристойными в их глазах. У девушек стремительно укорачивались подолы: это сегодня мы называем "длинной" юбку до середины икры, а тогда это было верхом неприличия. Мы не видим ничего необычного в женской стрижке, а тогда это был шок. Не говоря уже о снятии паранджи у мусульманок.
Но перемены начались не сразу. Задолго до революции в высших кругах общества пошла волна. Дамы постепенно переставали покрывать голову. Накидки становились легче, прозрачнее, пока совсем не исчезли. Но то в Европе. В нашем регионе все началось с середины девятнадцатого века. Девочки, проучившиеся в гимназии покидали его в европейской одежде.
А в ХХ веке многие взрослые дамы встали перед выбором, носить ли им тараз или европейскую одежду.
Сегодня мы используем отдельные элементы в современной одежде: но решиться повторить подвиг госпожи Агулеци мало кто решится.
После переезда в Европу некоторые окончившие гимназию, бывшие прогрессивные гимназистки возвращались в тараз несмотря на его непрактичность в новых условиях. Или некоторые его незаметные элементы: их душила тоска. А в конце ХХ века, в Армении, тоска задушила женщину, жившую в консервативной Республике Армения. Это была этнограф Лусик Агулеци, которая не стеснялась выходить на улицу в полном облачении.