Здесь я, как правило, публикую фрагменты моих бесед с различными социально-значимыми персонажами, но сегодня обнародую эпизод своего интервью коллеге, с которой мы очевидно находимся на разных понятийных полюсах. Не удержался, так скажем,,,
В «Правде-24» вашими гостями были культурные деятели, а в «Важной персоне», по большей части, политики. С кем вам общаться сложнее, с кем интереснее?
– Все зависит от личности собеседника и его готовности к открытому разговору. Трудно говорить с людьми, которые выставляют вместо себя свой тщательно продуманный муляж и грамотно уходят от вопросов, прикрываясь, как правило, повторами сказанного ранее.
И, кстати, рекордный по рейтингу и последующему числу просмотров на портале канала (почти миллион за неделю) был выпуск «Правды-24» с Жириновским, который в известной степени — клоун, но, конечно же, и влиятельный политик. Ну а в «Важной персоне» отлично смотрелся Никита Михалков, которому нельзя отказать в титуле «культурного деятеля».
=
Когда вы берете интервью у человека, чьи взгляды не разделяете, то стараетесь абстрагироваться от своих эмоций или же задаете больше провокационных вопросов?
– А какая связь между эмоциями и взглядами? Мои эмоции всегда при мне и я считаю нужным демонстрировать таковые только в случае, если стандартный инструментарий интервьюера не срабатывает.
Получается, что если человек – ваш единомышленник, то надо его подать публике «в лучшем виде»? А где же тогда журналистская честность?
И почему провокационный вопрос обязательно должен пойти в минус человеку? Собеседника провоцируют, чтобы он не «спал» на интервью и не отделывался банальностями. Провоцируя, часто помогаешь своему визави – зритель ценит искренность и непосредственность.
Мне интересно беседовать и с Андреем Кончаловским, и Андреем Макаревичем, хотя их идеологические установки представляются мне совершенно абсурдными. И мне не по пути с «детьми колбасы».
Я вообще считаю, что люди, игнорирующие категорический императив, «обрекают бессмертную душу на смерть, чтоб остаться живым в этой давке». Это, между прочим, Борис Гребенщиков, у которого установки непонятные, но формулировки порой прекрасные.
=
Вы всегда улыбаетесь, когда беседуете с гостем, особенно, когда они отвечают на непростые вопросы. Это желание расположить к себе гостя или, наоборот, вывести его из состояния равновесия?
– Я никогда не «включаю» улыбку. И природа улыбки может быть самой разной. Например, мне нравится собеседник и/или его тезис. Или мне кажется, что мой визави несет такую «пургу», что это просто смешно.
Когда, например, глава «Левады-Центра» Лев Гудков говорит мне, что в XXI веке неактуальны войны из-за ресурсов и воюют сейчас только за «человеческий капитал», я понимаю, что социолог вышел за рамки своей компетенции и артикулирует нечто, что ни разу не подразумевает полемику, но не может не вызвать смеха.