Билли Вермуд поднял глаза на Вудса. Это был спокойный отсутствующий взгляд, дополненный невыразительным лицом. Вудс щелкнул ручкой и вытащил из портфеля блокнот. Ему дали очень мало времени, а потому важна любая мелочь.
Он оглядел Билли. Этот парень за две недели убил неполных три семьи, и ему грозил электрический стул. Но казалось, даже опаздывающей с канцелярией клерк и то волновался больше. Билли аккуратно поправил рукав тюремной оранжевой формы.
— Вас тут хорошо кормят? — привычно спросил Вудс. За время практики он уже понял, что лучше начинать именно с еды.
— Да. Вполне, — ответил Билли. — Только я вижу, вы спешите. Наверно, вас деликатно попросили поработать со мной побыстрей.
— Это да, — согласился Вудс, — как говорится, для галочки.
— Понимаю, — кивнул Билли, — тогда приступим?
— Да. Можно, — Вудс коснулся ручкой чистого листа, — прошу. Излагайте вашу версию событий.
— Свою версию, — Билли опустил глаза и посмотрел в угол комнаты: — Но она не отличается от официальной.
— Значит, дело в мотиве?
— Верно. Вы же профессионал. Должны знать, что основное — это мотив.
— Итак, вы убил Джеферсонов, Барнсов, Эрибхарнов.
— Название фамилий не играют роли, профессор. Уверен таких семей миллионы.
— Значит, конкретно к этим людям у вас нет личных счетов?
— Нет. Они были удобны. Легче подходили под работу, — Билли устало выдохнул, — все это так утомительно. Может, я сразу все подпишу и пойду в камеру?
— К сожалению, я не могу вас отпустить, хотя хотел бы. Итак, значит, вы их не знали до совершения преступления?
— Как не знал? Я планировал маршруты, осматривал местность. Знал сколько человек в семье. Нет, я был знаком с каждым членом этого семейного сообщества. Просто не лично. И не долго. Ровно столько, сколько потребовала моя подготовка.
— Подготовка к убийству?
— Да.
— Вы получали удовольствие от убийства?
— Нет.
— Тогда почему ножом?
— Да как-то проще с ним. Не знаю. Мне это проще, нежели молотком. Он удобнее, ведь нож не зря есть орудие войны. Именно нож —не молоток и не кувалда.
— Вы сказали, вы сделали это во благо? Ради их самих. Так ли это?
— Да. Все верно. Я помог им. Точнее, я помог мужчинам.
— Расскажите поподробней, пожалуйста. Поверьте, лучше сейчас и мне, нежели ещё раз и местным полицейским.
— Да. Это я уже понял, — Билли болезненно скривился. — Впрочем, что их судить? Они слепы.
— Итак. В чем суть вашей помощи?
— Смерть, профессор. Она придет ко всем нам. К вам, ко мне, к этим полицейским. И каждый из нас, если он не лукавит перед собой, то он скажет, что он боится её. Боится смерти. И это очень сильно уничтожает нас. Дает нам лишние несколько лет страданий.
— С чего вы так решили?
— Опыт. Личный опыт. Я уверен, вы знаете, что вся моя семья погибла в автокатастрофе. Элизабет, дети. Знаете, признаться, я не сразу понял, что именно произошло. Я мучился, страдал. Но потом, в один прекрасный момент, оно пришло.
— Озарение?
— Да. Я понял, что я перестал бояться смерти. Я освободился. А раньше я ходил перед ней на коленях. Как и все. Мы все боимся смерти. Хотя повторюсь: каждый из нас обязательно умрет. И наши дети, и наши жены — мы всё равно все умрем, возможно, даже в мучениях. И этот страх — он постоянно внутри нас. А теперь каждый мужчина из этих семей свободен.
— Сэм Барнс повесился, вы знаете об этом?
— Да. Я слышал. И я рад, что так произошло. Поймите, профессор, — Билли наклонился к нему, — вы хоть представляете, какого это просыпаться каждое утро и не бояться умереть? Вообще не бояться. Сэм Барнс ощутил это. И, как видите, не сдержался. Сразу же ушел отсюда.
— Вы вырезали всю его семью.
— Я освободил его.
— Хорошо, а что бы вы делали дальше, если бы вас не поймали?
— Не знаю, наверно, продолжал бы свое дело. Признаться, я только начал и вот — уже пойман. Так что, к сожалению, лично я не смогу продолжить свое дело.
Тут в дверь ненавязчиво постучали. Вудс с неохотой повернул голову. По фигуре было понятно, что это шериф, а значит, времени совсем не осталось: слишком уж взволновали общественность эти громкие убийства.
— Мне пора, Билли. Жаль, что не получилось договорить до конца.
— Мне тоже, профессор. Вы интересный человек, и знаете, я тоже вижу, как вы её боитесь. Смерти. Поверьте, будь у меня чуть больше времени, я бы непременно помог вам. Пусть даже у вас и нет детей.
Тут в комнату вошли два офицера и шериф Пекстон, который быстрым движением отстегнул Билли от стола и выволок за дверь. Вудс вышел за ними. Ему очень хотелось спросить, откуда он узнал, что у него нет детей. Но толпа назойливых репортеров, толпившаяся у дверей, отбила всякое желание, перевесив любопытство.