История любви русского камергера Николая Петровича Резанова и испанской красавицы Консепсьон де Аргуэльо широко известна благодаря популярной рок-опере «Юнона и Авось» композитора Рыбникова. Хотя это талантливое произведение основано на реальных событиях, оно не претендует на историческую точность и часто отступает от фактов, происходивших в 1806 году.
Главный герой этой истории Николай Петрович Резанов родился в 1764 году в бедной дворянской семье. В 14 лет поступил на военную службу, в 23 года лично отвечал за безопасность императрицы Екатерины II. Через 4 года социальный лифт доставил его в канцелярию Гаврилы Державина, статс-секретаря императрицы, где он занял место правителя. При императоре Павле становится обер-секретарём Сената. Следующий российский император Александр I пожаловал 39-летнему Резанову чин камергера.
Кстати, в рок-опере его называют графом, но он им не являлся. Граф – наследственный титул, им надо родиться или получить графское достоинство от императора. Впрочем, камергер – очень высокий чин в Российской Империи, 4 класс согласно Табели о рангах, что соответствует генерал-майору и контр-адмиралу. Император назначил его послом в закрытую от иностранцев Японию, куда он отправляется в составе первой русской кругосветной экспедиции 7 августа 1803 года.
Семейная жизнь Николая Петровича сложилась не так удачно. В 29 лет он женился на 15-летней дочери иркутского купца Шелихова, которая умирает в 1802 году, оставив ему двоих детей. Благодаря этому браку Резанов стал совладельцем основателя первых русских поселений на Аляске, а его тесть Шелихов получил нужные связи при Дворе. Следствием этого было то, что он помимо посольства в Японию, выполнял также поручение Российско-Американской компании проинспектировать русские колонии на Аляске и доставить туда грузы. Так судьба привела его в Америку.
Сухие строки биографии не могут передать характер этого человека. Уже одно то, что он сделал стремительную карьеру и сумел удержаться при Дворах 3-х монархов, мягко говоря, недолюбливающих друг друга, говорит о его незаурядных способностях и умении противостоять интригам императорского двора. Неутомимый государственный деятель, почётный член академии наук, автор многих проектов по переустройству американских колоний, развитию российской торговли в этом отдалённом крае, он по размаху своих планов заметно опередил своё время. Впрочем, не все разделяли его взгляды и верили в успех задуманного. Авантюрист, фантазёр, пустой мечтатель – так отзывались о нём многие современники.
«Он (Резанов) был человек скорый, горячий, затейливый писака, говорун, имевший голову, более способную созидать воздушные замки, чем обдумывать и исполнять основательные предначертания и вовсе не имевший ни терпения, ни способности достигать великих и отдаленных видов», - пишет о нём Василий Михайлович Головнин, вице-адмирал российского флота.
Тем не менее, этот «затейливый писака» умудрился составить первый в стране «Словарь японского языка» и «Руководство к познанию японского языка», составил «Устав о ценах», учредил раскладку поземельного сбора, за что и получил высокие награды.
Справедливости ради надо отметить, что многие начинания камергера Резанова всё-таки воплотились в жизнь: на Аляске были организованы школы и училища для мальчиков и девочек, открыты больницы, основан музей и библиотека. Во многом благодаря его проектам главный город русской Аляски Новоархангельск стал впоследствии «Парижем на Тихом океане». Согласно его планам по захвату Калифорнии, была основана крепость Форт Росс на границе испанских владений.
Кругосветное путешествие наших моряков и конфликт Резанова с Крузенштерном - это отдельная история, отметим лишь один эпизод из воспоминаний морских офицеров, описывающий характер нашего героя, безусловно яркого, но далеко не однозначного человека.
Ничто человеческое не чуждо даже орденоносному камергеру, мужчине в самом расцвете сил: будучи в Копенгагене, «ради любопытства Резанов посетил все танцзалы и бордели города… в летних садах Резанов настолько забылся, что с орденом на груди помчался за уличными девками, а потом стал залезать на крыши домов… Из окна своего отеля он не пропускает ни одной девушки на площади, чтобы не послать ей воздушный поцелуй и не прокричать что-нибудь», - записал в своём дневнике участник кругосветной экспедиции лейтенант Герман Левенштерн.
Другой участник экспедиции лейтенант Макар Ратманов, вспоминая пребывание в Копенгагене, отметил: «Посол жил на берегу… и мало сделал чести, ибо я несколько раз напоминал ему о его звании и снял бы знаки отличия, гоняясь за непотребными женщинами в садах и на улице».
Прибыв 26 августа 1805 года в столицу русской Аляски Новоархангельск, Рязанов вскоре столкнулся с голодом и цингой в колониях. «Люди … оцыножили и начали день ото дня слягать, и число больных умножалось ежедневно. Я велел кормить их пшеном, давать патоку и варить из еловых шишек пиво, которое как антидот против скорбута…. В конце ноября перестала уже рыба ловиться, а сильные штормы, беспрерывно продолжавшиеся, давно уже лишили возможности добывать морского зверя… били орлов, ворон и словом ели все, что ни попало, изредка попадались каракатицы и иногда какая-нибудь рыба служила нам лакомством».
Энергичный Резанов составил план экспедиции в Калифорнию за продовольствием, купил на деньги Российско-Американской компании судно «Юнона» («Juno») у капитана Вульфа из Соединённых Штатов и фактически спас людей от голодной смерти. «Нашелся я предпринять путешествие в Новую Калифорнию, пустясь с неопытными и цинготными людьми в море на риск с тем, чтоб или — спасти область, или — погибнуть».
25 февраля «В 10 часов пополуночи поехал к командующему доложить о готовности к выходу в море. В 12 часов отчалил с берегу Его Превосходительство Николай Петрович Резанов, при съезде палено с крепости из 7-ми пушек…», — пишет в судовом журнале капитан «Юноны» Николай Хвостов.
Предстояло тяжёлое и опасное плавание. Резанов пишет: «Больные день ото дня умножались, и один сделался уже жертвою странствий наших. Начиная с меня, скорбут не пощадил никого и из офицеров… Здесь видел я опыт искусства лейтенанта Хвостова, ибо должно отдать справедливость, что одного его решимостью спаслись мы … и, благодаря Бога, получа благоприятствовавший нам ветер, хотя с бледными и полумертвыми лицами, достигли к ночи марта 24-го числа губы св. Франциска и за туманом ожидая утра, бросили якорь»
Наконец, как отметил капитан Хвостов в судовом журнале, «28 марта спустили шлюпку, Его Превосходительство послал мичмана Давыдова и доктора Лангсдорфа сказать о своем прибытии... Вскоре сам он отправился на берег».
28 марта 1806 года, в день, когда ему исполнилось 42 года, Резанов сошёл с «Юноны» на землю далёкой Калифорнии после месячного плавания из Новоархангельска. А вот корабль «Авось» вопреки театральной постановке в плавании участия не принимал, в это время он только строился в Ново-Архангельске и будет готов уже после возвращения из Калифорнии.
Благодаря рекомендательным письмам и своему личному обаянию Николай Петрович был тепло принят в доме коменданта крепости, познакомился с его семьёй и был представлен его дочери, первой красавице Калифорнии 15-летней Консепсьон де Аргуэльо, дружба, любовь и помолвка с которой впоследствии решила судьбу экспедиции.
Хотя испанцы радушно приняли русского камергера и получали от него дорогие подарки, но продовольствие давать не торопились, опасаясь ответственности за нарушение запрета торговли с иностранцами. Тогда наш герой решил добиться своего через дочь коменданта, часто встречаясь с ней и оказывая знаки внимания, о чем не замедлил доложить министру коммерции Николаю Румянцеву: «Ежедневно куртизуя гишпанскую красавицу, приметил я предприимчивый характер ее, честолюбие неограниченное». Медленно, но верно план Резанова дал свои плоды.
«Прекрасная Консепсия умножала день ото дня ко мне вежливости, разныя интересныя в положении моем услуги ея и искренность, на которыя долгое время смотрел я равнодушно, начали неприметно наполнять пустоту в моем сердце; мы ежедневно зближались в объяснениях, которыя кончились наконец тем, что она дала мне руку свою», - сообщает Резанов министру коммерции, - «…нечувствительно поселил я в ней нетерпеливость услышать от меня что-либо посерьезнее до того, что лишь предложил ей руку, то и получил согласие. Предложение мое сразило воспитанных в фанатизме родителей ее, разность религий и впереди разлука с дочерью были для них громовым ударом».
После долгого сопротивления они согласились на помолвку, а окончательное разрешение на свадьбу должен был дать Папа римский. «С того времени,- пишет Резанов, - поставя себя коменданту на вид близкого родственника, управлял уже я портом Католического Величества так, как того требовали и пользы мои, и губернатор, крайне удивился-изумился, увидев, …что и сам он, так сказать в гостях у меня очутился».
С этого момента успех экспедиции был предрешен. Трюмы наполнялись провизией, угроза голодной смерти на Аляске миновала. Но Николай Резанов не был бы самим собой, если бы не провернул ещё одно дело. Находясь в Калифорнии, он стал вынашивать план её захвата и распространения русской территории от Аляски до Сан-Франциско.
Под предлогом поиска беглых матросов, предприимчивый камергер послал по заливу гребные суда для описи берега на предмет возможности военного десанта и оборудования артиллерийских позиций. «Зделана карта, сей противулежащий крепости берег Св. Франциска гораздо возвышеннее южнаго…, легко могут поставлены быть крепости, из которых каждая в силах вредить гишпанцам», - писал в судовом журнале производивший опись капитан «Юноны» Николай Хвостов.
Сам Резанов в это время размышляет о возможности захвата крепости Сан-Франциско: «Сделав в одной от нее мили десант в 50-ти человеках с двумя полковыми орудиями, весьма легко сим портом овладеть можно... Сверх того северной берег входа в порт Св. Франциско не укреплен ни мало, когда сам он по себе вдвое выше южного и одна взвезенная на него пушка может командовать всею на противном берегу лежащею крепостью». В крепости невеста, а жених уже расставляет пушки. Такой вот разноплановый человек был Николай Петрович, работал в режиме многозадачности.
Какой на самом деле был у него роман с Кончитой мы никогда не узнаем, может быть это симпатия, переросшая в любовь, а может холодный расчёт, «следствие ентузиазма и новая жертва отечеству». «Контенсия мила, как ангел, прекрасна, добра сердцем, любит меня; я люблю ее, и плачу о том, что нет ей места в сердце моем…». Вот так: люблю её, но нет ей места в сердце моём. Поди разберись.
Ореол героя-любовника из рок-оперы «Юнона и Авось» как-то меркнет при чтении строк из его письма: «Ежели судьбе будет угодно окончание романа моего, к которому отнюдь не по пылкой страсти в моих летах уже места не имеющей... в таком случае могу я новую показать услугу Отечеству». Ещё более определённей выразился доктор Лангсдорф, бывший свидетелем этих событий: «Можно было бы подумать, что он уже сразу влюбился в эту молодую испанскую красавицу. Однако, в виду присущей этому холодному человеку осмотрительности, осторожнее будет допустить, что он просто возымел на неё какие-то дипломатические виды». Впрочем, как бы там ни было, не нам судить.
11 мая он навсегда покинул Калифорнию и свою невесту.
9 июня 1806 года экспедиция благополучно возвратилась в Новоархангельск. Правда, не обошлось без досадной промашки: закупленный хлеб «был в зерне, ибо Резанов, при покупке его не обратил внимания на обстоятельство, что в Ново-Архангельске не было мельницы» (Г. Лангсдорф). Но, как говорится, пустяки, с кем не бывает, не до того было, сейчас и не такие казусы с эффективными менеджерами случаются.
Резанов недолго задержался в Новоархангельске и 27 июля отправился в Петербург через Охотск на том же судне «Юнона». Вначале он планировал поход на Японию, но потом решил не участвовать в нём.
«Возвратясь из пределов северо-западной Америки сентября 15-го в охотский порт... и отправя судно Енону, на котором пришол я, в Америку обратно, сентября 24-го пустился я в путь мой, скакал по хребтам гор охотских не выходя из седла с утра до ночи, но позднее осеннее время заставило меня проезжать в брод реки льдом покрывавшияся; разгоряченный весь день должен я был проводить ночи в снегу и до того простудился, что вдруг упал с лошади, был сутки без чувств и в таком состоянии привезен 7 числа октября на реку Алдан в якутскую юрту, где опомнясь наконец оправился … и прискакал сюда (в Якутск – прим.) 23-го; но здесь жестокий рецидив поверг меня в отчаянное положение. Я боролся со смертию… », - описывал Резанов свой путь домой.
Не долечившись, больной он продолжил свой путь, прибыл в Иркутск, участвовал в светских приёмах и обедах, и, полностью измождённый, лишился последних сил в Красноярске и умер 1 марта 1807 года, не дожив меньше месяца до своего 43-го дня рождения. Он так спешил воплотить свои планы, что не стал лечиться и обыкновенная простуда, переросшая в горячку, сгубила этого человека. Не стало блестящего придворного вельможи и интригана, холодного расчётливого дельца, пылкого любовника, неутомимого путешественника и исследователя, плодовитого автора проектов и планов, неугомонного прожектёра и мечтателя. Двое детей остались без отца, невеста без жениха, Россия без талантливого государственного деятеля.
Ожидание Кончитой своего жениха 35 лет не более как трогательная история и художественный вымысел. В следующем 1808 году Правитель американских колоний Александр Баранов, получив известие о смерти Резанова, сразу сообщил об этом её отцу. По обычаю того времени письма писались в 2-х экземплярах и посылались на разных кораблях, так что не получить это скорбное известие семья Аргуэльо не могла. Письмо это сохранилось в архивах, и вот отрывок из него:
«… Уполномоченной от Государя Императора Нашего генерал двора Его Величества, действительной камергер и кавалер Николай Петрович Резанов, Вашему Высокоблагородию небезызвестная особа… занемог и скончался в городе Красноярске 1/13 числа марта месяца 1807-го года. А как по особливой ко мне благосклонности покойного Его превосходительства извещен я, что в бытность в Санкт-Франциской крепости вступил он с Вашим Высокоблагородием в обязанность родства, сговоря прекрасную дочь Вашу Консепцию в законную невесту, обнадежа возвратиться чрез 2 года к Вам... Но вышнему провидению не угодно было исполнить горячее его к родству Вашему желания, постиг преждевременно общей всем смертным предел, а потому разрешиться должна обязанность и судьба Вашей прекрасной дочери свободою, о чем за долг себе вменил известить Ваше Высокоблагородие при случившейся теперь оказии. Потеря сего именитого мужа — для здешнего края, особливо для меня, крайне чувствительно и прискорбно...»
Консепсьон де Аргуэльо так и не вышла замуж. Возможно, она действительно всю жизнь любила его, а может быть, после блестящего образованного человека, высокопоставленного чиновника при лучшем в Европе императорском Дворе, все женихи в калифорнийской деревенской глуши казались ей недостойными. Она пережила Резанова на 50 лет и незадолго до смерти ушла в монастырь.
История эта достойна экранизации и удивительно, что до сих пор не нашлось у нас талантливых сценаристов и режиссёров, способных воплотить это в жизнь. Видимо, после низкопробных сериалов и дешёвых псевдоисторических поделок, на другое ни сил, ни финансирования уже не осталось. Весь пар ушёл в свисток.
Что касается кораблей «Юнона» и «Авось», то очень скоро они прославились в совместном походе, но это уже другая история: «Юнона и Авось»: дипломатия канонерок».
Друзья! Если Вам интересна история нашей страны, то приглашаю почитать другие публикации этого канала.
«Гавайская губерния России» - интересная история о попытке присоединения к нашей стране Гавайских островов.
«Летучий корабль против Наполеона» - рассказ о похождениях Франца Леппиха в России и его проекте военно-воздушного корабля.
«Царица наук» - посмотрим задачи, которые решали дети в церковно-приходских школах и сравним с современным базовым экзаменом по математике.
«Интересные факты о Российской Империи» - заметка об особенностях нашей страны и жизни в ней.
«Интересные факты о Российской Империи (продолжение)» - вторая часть рассказа об особенностях нашей страны и жизни в ней.
«Финансы поют романсы» - посмотрим и сравним бюджеты Российской Империи и Российской Федерации.
«Пенсии в Российской Империи» - бросим беглый взгляд на пенсионную систему нашей страны в XIX веке.
«Русский оккупант» в Калифорнии» - посмотрим на русских людей, испанцев и индейцев в далёком Форте Росс и Сан-Франциско.
«Как на Аляске наши люди жили» - продолжение рассказов о «русском оккупанте» в Америке, на этот раз о жизни наших соотечественников на далёкой окраине Империи.
«Русский оккупант» и индейцы Аляски» - рассказ о роли Александра Баранова и русской администрации в преобразовании Американского края.
«Русский оккупант» на Алеутских островах» - узнаем немного о жизни алеутов в составе Российской Империи.
«Дикий Запад по-русски» - поговорим о непростых взаимоотношениях русских с индейцами на Аляске.
«Юнона и Авось»: дипломатия канонерок» - малоизвестный поход двух кораблей. Это вовсе не про любовь.
«Последний рубеж» - перенесёмся в русскую Калифорнию на экскурсию в Форт Росс.
«Париж на Тихом океане» - побродим немного по столице Русской Америки Новоархангельску.
«Русский конкистадор» - рассказ про удивительного человека, основателя Русской Америки Александра Баранова.