Когда писала статью про золотой жемчуг, вспомнила одну известную легенду, с которой этот жемчуг поступил примерно так же, как два рыжих парня-разрушителя с Дискавери.
Легенда эта пошла от самого Плиния Старшего, и рассказывает об обольщении Клеопатрой своего заморского гостя Марка Антония. Клеопатра поспорила с римлянином, что пригласит его на пиршество, которое обойдется ей в десять миллионов сестерциев.
Ужин был по-царски роскошен, но без выдающихся излишеств, в общем, не на заявленное. Когда военачальник уже был готов праздновать победу в споре, по знаку Клеопатры ей принесли бокал молодого кислого вина. На глазах Марка Антония царица сняла сережку с большой драгоценной жемчужиной, опустила ее в бокал и немного выждала. Жемчуг растаял в кислом вине, и, когда Клеопатра отпила напитка, растворившего состояние, Антоний проиграл спор.
Эта романтическая история не раз находила свое отражение в изобразительном искусстве и обычно имеет кодовое название «Пир Клеопатры».
Так вот, некоторое время назад производители очень, очень дорогих марок вин придумали красивый маркетинговый ход. В бутылки вина стали класть по настоящей золотой жемчужине, той самой, чья цена, если кругла и не кособока – от пятисот долларов.
Смысл этой акции был следующий – если бы вино оказывалось забродившим, жемчужина растворилась бы, и это сразу было бы видно при покупке. Однако оказалось, что хотя скисшее вино и наносит некоторый ущерб поверхности жемчужины, для растворения этого совсем недостаточно.
Эксперименты показали, что и вино, и образовавшийся в испорченных бутылках уксус будут растворять жемчуг невероятно медленно, точнее – полного растворения экспериментаторы так и не дождались. Зато жемчуг взаправду растворится в уксусной эссенции, но такое Клеопатра вряд ли захотела бы выпить перед понравившимся мужчиной, пусть и на спор.
Но у этой легенды есть и запасная версия – что Клеопатра просто проглотила жемчужину целиком, так, оказывается, тоже можно было.