В первый весенний день 1881-го года Российский император Александр 2 был убит брошенными в него бомбами. Погибли также один из террористов, императорский казак, и один незнакомый подросток мужского пола, по несчастливой случайности оказавшийся рядом. Помимо погибших произошли еще и ранения 18-ти человек.
6 смертных приговоров суда
Удачей для следствия оказался пойманный один из террористов, а именно — Николай Рысаков, благодаря его показаниям расследование прошло быстро и довольно успешно. Будущие теракты был раскрыты и предотвращены, а преступная группировка расколота.
Так, через месяц — 29 марта, на суде пятерым непосредственным участникам теракта (Рысакову, Тимофею Михайлову, Николаю Кибальчичу, Софье Перовской и Гесе Гельфман) и схваченному до теракта Андрею Желябову были оглашены приговоры в виде смертной казни путем повешания (позорная казнь).
Террористке Гесе Гельфман временно заменили казнь тюремным заключением из-за особого отношения в царской России к беременным. Однако после рождения ее все равно ждала учесть ее подельников. Судя по похожим ситуациям до этого индидента, таки казни беременным женщин как правило заменялись бессрочной ссылкой на каторгу. В этом случае Гельфман вероятно ожидала та же участь.
Однако в октябре 1881-го года Геся рожает дочь, а уже в январе 1862-го года погибает в темнице от отсутствия должного ухода за здоровьем после рождения младенца. Ребенок был отправлен в государственный приют, однако из-за слабого здоровья также погиб в годовалом возрасте.
Попытки добиться помилования
Народное отношение к террористам убившим Императора было непоколебимым и однозначным — они должны быть казнены. Ведь был убит Российский Император, освободивший всю страну от крепостного права, а также отбивший южных братьев славян из под османского гнета!
Однако, конечно же были и сторонники террористов. Они отмечали каждое негативное событие в императорской семье, считая ее главным злом России. Таким например был и знаменитый Лев Николаевич Толстой, он был довольно знаменит и склонил немалую группу интеллигентов к мнению о правильности терроризма в отношении царя.
Облачаясь в православное всепрощенье Лев Толстой писал новому Императору Александру 3-му — «Не ненавидь врага, а благотвори ему, не противься злу, не уставай прощать… Отдайте добро за зло, не противьтесь злу, всем простите».
Прокурор, к которому Лев Толстой обращался, решительно отказался передавать новому императору обращение писателя. Однако этот же прокурор опасался что подобные письма все же проникнут к сыну убитого Императора, и поэтому уже 30 марта сказал Александру 3-му — «Люди нынче настолько развратились, что считают возможным избавление осужденных террористов от смертной казни… Тот из злодеев, что избежит смерти, будет тот же час замышлять новые преступления».
Однако Александр 3-ий успокоил его, сказав что к нему с подобными просьбами никто не осмелится пожаловать, а шестеро приговоренных судом преступников будут обязательно казнены.