Не прошло и года с того момента, как врачи отстояли ни в чем не виноватую Тамару Пермякову (я писал об этом статью раньше), потом Элину Сушкевич, потом прекратили преследовать за попытку помочь пациентке врача Олега Баскакова, а недавно за отсутствием состава преступления ФСБ прекратила дело против Марины Черемисиной, а у нас уже новое дело, методы следствия в котором ничем не отличаются от предыдущих.
Главного врача московского родильного дома №27 Марину Сармосян арестовали и посадили в СИЗО только на основании заявления потерпевших.
Причем не было еще ни единого суда, ни единой экспертизы, вообще ничего, что могло бы сделать из подозреваемой виновную, но она уже сидит в тюрьме. Женщину заставили написать заявление об уходе и через несколько минут после этого арестовали и посадили к уголовницам в камеру на 14 человек.
Я не буду тут обсуждать, виновата она в чем-то или не виновата. Это может решить только суд после проведения специальных экспертиз. Вопрос сейчас не в этом, а в том, что в нашей стране складывается не то что порочная, а преступная практика.
Любого врача, на которого пациент напишет заявление, можно сразу хватать и сажать в тюрьму, даже не разбираясь в тонкостях дела, не проведя экспертиз, без решения суда о виновности ответчика. Он еще только ответчик, а уже сидит в тюрьме.
И это стало уже настолько обыденным делом, что даже предыдущие прецеденты, которые окончились извинениями со стороны следственного комитета и объяснениями о том, что они немного перегнули палку, никого не останавливают. Судьи со следователями продолжают творить произвол, совершенно не опасаясь наказания за противоправные действия и превышение полномочий.
Да, в отдельных случаях подозреваемых можно посадить в тюрьму еще до суда. Но эти случаи все перечислены в законе. Если подозреваемый может скрыться, угрожать истцам, замести следы преступления и т.д. Всего этого нет и быть не может в случае с обыкновенными врачами.
Они не мафиози, которые из-за заявлений пациентов в любой момент могут сесть в частный самолет и улететь за границу. Они не угрожают своим пациентам и никак не могут воздействовать на них, заставив отказаться от заявления. Они не могут убить свидетелей или уничтожить улики, ведь данный врач уже уволен и если появится на работе, то об этом в тот же момент будут знать все вокруг, а новый главный врач вряд ли разрешит старому копаться в медицинской документации и переписывать карточки.
В конце концов, можно же было посадить доктора под домашний арест. Человека, подозреваемого в совершении развратных действий с несовершеннолетними, недавно просто отпустили. Знаменитую Васильеву, укравшую у государства сотни миллионов, посадили под домашний арест, после чего ее видели свободно разгуливающей по элитным магазинам. А врача, вина которого еще не доказана, сразу сажают в тюрьму.
Чего добивается судья таким решением? Хочет сломать человека, чтобы он сразу во всем покаялся? А не преступники ли сами следователь и судья, которые действуют такими методами? Вопрос, конечно, риторический.
Недавно пришло сообщение о том, что во время простейшей рутинной операции обследования сосудов сердца ушел из жизни бывший мэр Юрий Лужков. Все хорошо помнят, как практически после такой же рутинной операции посадили в тюрьму московского врача Елену Мисюрину, вину которой так и не доказали и только под огромным общественным давлением отпустили.
В случае с Лужковым я очень удивился. А чего так тихо? Почему никто не кричит о врачах-убийцах, почему никого не сажают в тюрьму, не угрожают руки оторвать, не вопят о том, как в России все жутко и страшно жить?!
А ларчик просто открывался. Случилось все на Германщине. И сразу тишина. Никто не кричит про безруких врачей. Ибо там ведь все прекрасноликие и их даже заподозрить нельзя в том, что они губят людей во время банальных процедур, это только к нашим врачам такое отношение. Случись ровно то же самое в России, так столько бы врачей пересажали, статей бы написали да лайков собрали. А в Германии можно, «це ж Европа», как говорится!