Об этом событии стало известно благодаря мемуарам лётчика-штурмовика В.В. Пальмова. Связано оно было с и именем известного летчика Амет-Хана-Султана. Бесстрашный, отважный летчик был любимцем истребительного полка. Как-то услышав от нашего переводчика, часто бывавшего на допросе немецких летчиков, что у них сплошь да рядом одни графы да бароны летает, Амет-Хан ответил: Что мне их графы и бароны, я сам и хан и султан!
В 1942 году он совершил таран вражеского бомбардировщика. Это был его первый сбитый самолет. Взятые в плен летчики с этого самолета на допросе утверждали, что их сбили не по правилам. В январе 1944 года он со своим ведомым перехватили немецкий легкий связной самолет и принудили его к посадке на наш аэродром. На этом самолете он потом сам сделал несколько вылетов.
В середине войны Амет-Хан-Султан воевал на «Аэрокобре». Американцы не особо почитали этот самолет. Он был довольно сложен в управлении. Больше половины выпущенных самолетов были отправлены в СССР по ленд-лизу. Но, нашим пилотам, которые летали на не менее капризном в управлении И-16, эта машина пришлась по душе.
Великолепный обзор, хорошая маневренность и превосходное вооружение делали эту машину грозным оружием. На таком самолете летал и знаменитый Покрышкин, который большинство машин сбил именно на этой машине. Тем более наши летчики, наплевав на все инструкции и сорвав с двигателя все ограничители, выжимали из этой машины то, что даже не снилось самим создателям этого самолета.
В марте 1944 года Амет-Хан был уже Героем Советского Союза. В боевых действиях наступила оперативная пауза. Наши войска готовились к освобождению Крымского полуострова.
Это было ясным солнечным днем. Полк только недавно перебазировался на новый аэродром. Внезапно раздался рев авиационного двигателя. Это на взлетную полосу пикировал немецкий «мессер». От самолета отделился какой-то предмет, а «мессершмитт», блеснув на солнце крыльями, ушел в сторону линии фронта.
Прозевали все службы одинокий самолет. Да и летчик видимо был опытный. Летел, скрываясь в облаках, а иногда прикрываясь складками местности. Вот и проглядели наши службы ПВО этого немца.
Летчикам стало интересно, что же такое сбросил с самолета немец?
Это был обыкновенный авиационный вымпел, в котором летчики иногда сбрасывали сообщения наземным частям.
Вскрыли вымпел, извлекли записку. Оказывается, немец горел желанием сразиться с лучшим русским пилотом и вызывал его на воздушную дуэль. Немец даже обещал, что даст беспрепятственно набрать нашему летчику высоту 3000 метров.
Что это было? Наглость, самоуверенность в собственных силах, а может быть хотели оказать на наших пилотов психологическое давление?
Об этом было сообщено командующему воздушной армии и было получено «добро».
Имеются различные свидетельства о том, что и наши и немецкие летчики вызывали противника на дуэль. Говорили даже, что немецким пилотам впоследствии было запрещено участвовать в них. Но сведений об этом очень мало.
Амет-Хан попросил дать ему возможность сразиться с немцем. Дуэль состоялась на следующий день.
И вот Амет-Хан взмыл в воздух на своей «Аэрокобре». Конечно, были приняты определенные меры предосторожности на случай, если немцы захотят сделать какую - нибудь подлость.
Но, немец действительно не нарушил условия дуэли и дал нашему летчику беспрепятственно взлететь и набрать высоту.
Сотни глаз следили за этим боем. Это была битва двух мастеров. Самолеты устроили неимоверную карусель. Если бы это был учебный бой, то оба пилота заслужили бы высшей похвалы.
Однако, это было сражение двух непримиримых врагов. И ценой любой ошибки могла стать жизнь. В небе слышался рев авиационных двигателей. Надо отдать должное, немец мастерски владел своей машиной, но Амет-Хан ему ни в чем не уступал. Никто из пилотов не стрелял.
У кого выше мастерство, у кого крепче нервы?! Один каскад фигур высшего пилотажа сменялся другим. Кто первым допустит ошибку?!
Наблюдавшие с земли замерли в нервном напряжении. Но, мастерство нашего летчика оказалось выше. Прозвучала короткая очередь и «мессершимитт» задымил, а вскоре в воздухе распустился купол немецкого парашюта.
Весь этот бой длился не больше пятнадцати минут, но тем, кто наблюдал за ним с земли, казалось, что прошла вечность. Всем присутствующим он запомнился на всю жизнь.
Немецкий пилот благополучно приземлился и сразу же поднял руки. Первой его просьбой было, показать русского аса, который его сбил.
К сожалению, в своих мемуарах Пальмов не сообщил, кого сбил Амет-Хан, известно только, что на счету немецкого летчика числилось пятьдесят сбитых самолетов.