Сейчас можно с уверенностью говорить о том, что сам формат моделирования боевого взаимодействия высокого средневековья с реактопластовыми макетами состоялся... И если раньше мы обсуждали сами модели наступательного вооружения, их преимущества и недостатки, пробовали их в деле в том или ином формате, то теперь мы имеем положительных опыт их применения в реконструкции самого взаимодействия.
Что мы имели раньше? Железные «бугурты» и похитовые взаимодействия с применением железного же оружия. Попытки снизить травматичность привели к деградированию используемых техник, поражаемых зон, самих моделей вооружения и как следствие защитного снаряжения, что с каждым годом все дальше и дальше уводило нас от условий средневековых реалий. Стала очевидной необходимость вернуть обратно или может быть даже изучать и применять средневековые техники фехтования, историческое защитное снаряжение, но в контексте старых моделей взаимодействия с железным оружием это оказалось либо невостребованным, либо уделом небольших групп ввиду объективной опасности такого рода занятий.
Само понятие об умения владения средневековым оружием и его применения говорит о том, что необходимо поражать (не доспехи противника, нет) открытые и слабозащищенные участки тела. Широкий спектр колющего и стрелкового оружия средних веков диктует характер и рисунок подобного взаимодействия.
В этом отношении реактопластовые модели пришлись, что называется, «ко двору». Без существенного травматизма они позволили поражать открытые зоны, использовать средневековые фехтовальные техники, применять в моделировании боя и легких пехотинцев и стрелков и пеших латников и даже, с некоторыми ограничениями, всадников.
Несмотря на то, что муляжи реактопластового вооружения по внешнему виду не соответствуют своим стальным прототипам, как впрочем далеки и гуманизированные стальные модели от острых боевых аналогов, они позволили реконструировать с большей степенью точности само боевое взаимодействие. Взаимодействие, в котором не пытаются бить в защиту противника, в железный нагрудник или шлем, потому что оружием без ударно-дробящего аспекта это делать совершенно бесполезно. Реактопластовые модели стимулируют на изучение и применение исторических техник и реконструкции адекватного времени защитного вооружения. Все знают, как незаслуженно была забыта кольчуга, оказавшаяся невостребованной в «бугуртных реалиях», но широко применявшаяся в высоком средневековье. Наконец, место на поле боя появилось и для стрелков, которые из своеобразного аксессуара превратились в полноценных участников взаимодействий. Попадание стрелой с широким гуманизатором в открытое лицо, конечно, болезненно, но не смертельно и не влечет за собою существенной травмы. Об этом собственно и речь, а разговоры о том, что там является «ливинхистори», а «что нет» являются лишь риторикой малопонимающих в вопросе теоретиков, пытающихся навязать мутные ярлыки «ролевых игр», на все, что им не нравится.
И да, все вышеописанное было опробовано на прошедшем недавно фестивале «Меч Александра» уважаемыми коллективами из России И Беларуссии. На мероприятии не было ни одной травмы, все участники остались довольны. Приглашаем всех заинтересованных в разностороннем изучении средневековых аспектов культуры. Искренне ваш, покорный слуга.
