Я не люблю смотреть сериалы, мне это скучно. Однако недавно глаз упал на один из них, когда его включили мои домашние. Этот сериал называется "Чужой район", а мое внимание привлёк эпизод, где главный, во всём положительный герой-полицейский с грустью во взоре задерживает героя-ветерана, отставного полковника, который накануне из своего наградного пистолета застрелил троих молодых отморозков, чтобы они не зарезали женщину во время уличного нападения. Оба персонажа ведут себя с возвышенной меланхолией. Полковник отдаёт свой пистолет так, как когда-то дворяне отдавали свои шпаги тем, кто пришёл их арестовывать по высочайшему повелению. Офицер полиции сопереживает арестованному, пытается его в разговоре поддержать тем, что на суде все будут полковнику сочувствовать - от общественного мнения до самих судей с прокурорами - и можно рассчитывать на самое минимальное наказание. Но оба всё понимают... Да, дадут не 25 лет, может даже и не 5, а меньше, но сесть придётся, и судимость в биографии появится, наградной пистолет отберут навсегда и прочая, и прочая. Жизнь ушла под откос. Система со своими законами человека сжевала, переварила в свою пользу лучшие годы его жизни, а потом, за те же самые его качества, что сделали ему карьеру когда-то, спустила его в унитаз. Исхода нет, герои свято чтут закон и не ропщут. Более того, офицер полиции в душе чует, что когда-нибудь, после ухода со службы, тоже может оказаться в положении арестовываемого полковника, ибо не сможет победить в себе чувство чести, не позволяющее оставить беспомощного человека в руках глумящихся подонков. Вот такое получается отражение нашей реальности средствами современного искусства. Сплошное стенание-причитание в виде жалких слов с беспомощными образами.
И вспомнился мне другой сериал, в котором Глеб Жеглов в исполнении Владимира Высоцкого рявкающе чеканит: " Запомни, Шарапов! Наказаний без вины не бывает". Вот именно!!! Уже много десятилетий у нас в стране ежегодно множество людей осуждается и идёт по тюрьмам за самооборону и причинения всяческого вреда преступникам во время преступных посягательств с их стороны. По последней статистике таких дел набирается около двух тысяч в год, отбивать удаётся только единицы осуждаемых, если только дело получает широкую общественную огласку. В последнее время дела с признаками самообороны следователи, опера и прокуроры стараются переводить в категории обычных убийств и причинение тяжких телесных повреждений. Ведь самооборонщики обычно никуда не скрываются и следов не заметают, надеясь на справедливость закона, но слишком часто попадают в лапы бездарных карьеристов, желающих по-лёгкому повысить свою раскрываемость преступлений, выслужиться перед начальством на костях истинно благородных людей, цинично спихнув их в тюремно-лагерную мясорубку. А потом вот такой "раскрываемостью" морочить голову обществу, пусть радуется, как " его полиция его бережёт". Ну и где был благородно-сериальный полковник, точнее - его реальный прототип, всю свою славную жизнь, когда такое творилось и постоянно творится на его глазах? Да тут же, рядом. Увлечённо служил, азартно геройствовал, радовался своей силе и смекалке, любил женщин, был верен друзьям, хорошо относился и искренне помогал людям, получая в ответ не менее искреннее уважение и благодарность. Жизнь была полна, полезна и интересна. Чего же ещё требовать? Наша профессия - Родину защищать! Да, всё гармонично, вроде бы... Вот только один "глупый" вопрос, а для чего надо Родину защищать? Ну защитил, и что? Родина человеку для чего даётся? А для того - чтобы её обустраивать! И обустраивать Родину это не профессия, а обязанность, если угодно - тяжкая повинность, неизбежный крест абсолютно каждого гражданина. Особенно это относится к цвету нации, лучшим сынам Отечества, самым сильным, здоровым, умным и благородным. Именно они больше других обязаны неустанно заниматься обустройством страны, чтобы система жизни в ней сделалась и поддерживалась на разумных, здоровых, благородно-справедливых началах. И если лучшие люди страны уклоняются от этого креста, упускают из рук обустройство своей страны, то пусть и не горюют удивлённо, когда сбережённая от внешних супостатов Родина вдруг оборачивается к ним тупой уродиной.