СССР, Ленинградская область
В то время как Мишка возвращался на электричке из Подгоржья в Ленинград, следователь Максимов, со сослуживцами, подъезжали к Залесью.
Когда-то Залесье был достаточно большим поселком и в нем имелась, даже животноводческая ферма. Но сейчас, ферма уже давно не функционировала, а многие жители, из-за отсутствия работы, переехали либо в Волхов, либо в другие поселки покрупнее. В Залесье же осталось, только с десяток жилых домов, в которых обитали, по большей части старики, доживая свой век.
«Жигули» неслись по грунтовой дороге, оставляя за собой огромный столб серо-желтой пыли. В машине на заднем сиденье расположились двое, Максимов и Пузановский, а Гришка сидел спереди рядом с водителем и показывал тому дорогу.
— Вон там, видишь? — опер ткнул пальцем в видневшиеся вдали строения. — Это и есть Залесье. Сразу за поселком ферма, а за ней та войсковая часть.
— Вот давай там где-нибудь возле фермы и встанем, — предложил Максимов.
Пропылив по проселочной дороге, «Жигули» остановились возле длинного полуразрушенного сарая бывшей фермы. После того как пыль, поднятая автомобилем, улеглась, пассажиры выбрались наружу.
— Гришка, давай-ка ты оставайся здесь с водителем, а мы вот с Колей сходим туда, посмотрим.
— Как скажете, Семен Евгеньевич, — согласился Гришка.
Максимов натянул на голову серую кепку, которую держал в руке, и полез на заднее сиденье за портфелем. Достав его, принялся отряхивать от пыли.
— Что, Коль, пойдем, прогуляемся? — следователь посмотрел на Пузановского.
— Конечно, Семен Евгеньевич, — ответил тот.
Пузановский тоже полез в машину и выволок, как обычно, туго набитый портфель.
— Коль, а зачем он тебе? — удивился следователь. — Пусть здесь пока полежит, его тут никто не тронет, — иронично заметил Максимов. — Вон Гришка посторожит.
— Э, нет! — цокнул языком Николай. — Мой портфель всегда со мной! В нем, можно сказать, стратегический запас. Кто знает, на сколько мы там задержимся? А с харчами мне и пуля не страшна, — в тон следователю ответил Пузановский.
— Ну, если пуля не страшна, тогда ладно! — хитро прищурившись, ответил следователь.
Максимов с Пузановским шли вдоль высокого кирпичного забора. В верхней части располагалось несколько рядов колючей проволоки под напряжением.
— Да, серьезное местечко, — глядя на забор, произнес Максимов.
— Согласен.
Вдали показались створки металлических ворот. Пузановский со следователем подошли к ним. Створки были наглухо закрыты, а за ними виднелись еще одни, внутренние, выше и массивнее первых. Справа от ворот висела табличка. Пузановский подошел и начал читать вслух:
— «Министерство обороны СССР. Вход только по спецпропускам. Нахождение на территории посторонних категорически запрещено».
— Да, не так просто здесь что-то выяснить, — произнес подошедший Максимов.
— Вероятно, — согласился Пузановский.
Вдруг ворота начали автоматически открываться, и с территории объекта выехал военный грузовик с фургоном. Выпустив машину, створки начали смыкаться, а грузовик на скорости скрылся вдали, подняв облако серо-желтой пыли.
Максимов снял с головы кепку и вытер ею лицо, а потом принялся отряхивать свой пиджак от осевшей пыли.
— Вот гадство! — вырвалось у Максимова.
Он снял очки и принялся их протирать.
— Да, думаю, здесь нам нечего ловить, — резюмировал следователь. — Доложим начальству, пусть оно решает.
Вдруг из-за угла вышли двое. Они были крепкого телосложения и одеты в куртки защитного цвета и такие же штаны. В руках у одного виднелось лукошко, наподобие того, что носят грибники. Эти двое явно хотели выдать себя за туристов. Поравнявшись, тот, что с корзиной, обратился к Максимову:
— Вы здесь, часом, не заблудились?
Следователь сразу обратил внимание на то, что тот, кто спрашивал, обладал острым и цепким взглядом. Он смотрел на Максимова и буквально пожирал его взглядом. Следователь мог поклясться, что тот запомнил все мельчайшие детали его внешности на всю жизнь.
— Точно. Заплутали немного. Тоже вот по грибочки ходили, — демонстративно бросив взгляд на пустое лукошко, иронично ответил Максимов.
«Грибник», в свою очередь, окинул взглядом костюм следователя, его туфли и портфель, который он держал в руке.
— Ну-ну. И как же вы здесь появились? — поинтересовался странный турист.
— А вы-то сами как? — вопросом на вопрос ответил Максимов.
— А мы-то местные, из поселка. — «Грибник» кивнул в сторону Залесья.
— Ну, ладно, хорошего вам урожая. А то вон с грибочками у вас пока негусто. — Максимов указал взглядом на пустое дно корзины. — Пойдем, Коль. — Следователь взял за рукав Пузановского, и они пошли в сторону поселка.
Отойдя метров на пятьдесят, следователь обернулся. «Грибников» уже и след простыл.
— Похоже, они такие же гуляющие, как и мы, — произнес Коля.
— Да это понятно. Но меня не это сейчас беспокоит.
— А что? — поинтересовался Пузановский.
— Думаю, это еще не все. Не отпустят они нас так просто. Пока все не разнюхают, не успокоятся. Это не их стиль работы.
— Чей это, не их?
— Коль, ты разве не понял? Это же комитетчики!
— Кагэбэ?
— Конечно, Коль! Это же совершенно ясно!
Пузановский почесал руками живот с двух сторон.
— Семен Евгеньевич, а ты обратил внимание на то, как он на нас смотрел?
— Конечно, обратил. Он запомнил и меня, и тебя тоже на всю жизнь. Чему удивляться? Их же этому учат.
Максимов и Пузановский подошли к автомобилю и сразу забрались на свои места.
— О, так быстро! А я только… — прокомментировал их скорое возвращение Гришка и осекся на полуслове, увидев выражение лица Максимова.
— Поехали, — скомандовал следователь водителю.
— Семен Евгеньевич, по-моему, нет смысла, — Пузановский указал рукой на столб пыли, быстро приближающийся к ним. — Видно, это по нашу душу.
— Точно, по нашу, — согласился Максимов.
Через несколько секунд в облаке пыли показался военный уазик. Он подъехал к их «Жигулям» и встал впереди, перегородив дорогу. Из уазика вышли двое в штатском и приблизились к их машине. Один из них постучал в окно и после того, как Максимов опустил стекло, произнес:
— Выйдите, пожалуйста, из машины! — Он достал из кармана удостоверение и показал его Максимову. Следователь прочел на обложке: «Комитет государственной безопасности».
Милиционерам ничего не осталось, кроме как подчиниться и выйти.
— Как я понимаю, вы из милиции? — произнес кагэбэшник.
Следователь про себя отметил, что их «Жигули» были обычного цвета, не милицейские, и сами они также оделись «по гражданке». Но тем не менее человек этот сразу понял, что перед ним сотрудники милиции. «Профессионал, ничего не скажешь», — подумал следователь.
— Из милиции, — подтвердил Максимов.
— Тогда предъявите удостоверения.
Милиционеры повиновались.
— Извините, небольшая проверочка. Разрешите ваши удостоверения?
— Валяй, — произнес Максимов.
Забрав удостоверения у милиционеров, кагэбэшник произнес:
— Подождите, пожалуйста.
Он отошел к уазику и сунул их удостоверения в приоткрытое окошко кому-то на заднем сиденье.
А через некоторое время из машины показался человек, он подошел к Максимову.
— Ну, здравствуй, Семен Евгеньевич. — И протянул руку.
Следователь посмотрел на подошедшего. С первого взгляда этот человек показался ему незнакомым, но потом, приглядевшись внимательно, он узнал. Это был однокашник, с которым когда-то давно Максимов учился на одном курсе в высшей школе милиции.
— Юрка, Гаврилов, ты, что ли?
Тот, которого он назвал Юрка, заулыбался. Мужчины обменялись крепким рукопожатием и обнялись.
— Пойдем в машину, переговорим, — пригласил Юрка Максимова.
Они залезли на заднее сиденье уазика.
— Выйди, — коротко бросил Юрка водителю. И когда тот покинул машину, заговорил вновь: — Ну, привет, привет, Семён. — Юрка потряс Максимова за плечи. — Сколько ж лет мы с тобой не виделись, а?
— Много, Юр, много, аж страшно вспомнить, — с улыбкой произнес следователь.
— И что же тебя сюда занесло-то, Семен?
— Работа, Юр, работа, — ответил Максимов. — А ты, как я понимаю, теперь в кагэбэ служишь?
— Правильно понимаешь, дружище, — улыбнувшись, произнес он.
Максимов тоже улыбнулся, вспомнив их прошлые похождения, когда они были студентами.
— Ладно, Семен, давай сейчас по существу. О нас с тобой мы можем и потом поговорить. Можем встретиться как-нибудь. А сейчас давай по делу, время не ждет. Скажи, что вы здесь потеряли?
Максимов снял очки, достал из кармана пиджака носовой платок и принялся обстоятельно их протирать. Потом водрузил очки на нос и после этого ответил:
— Юр, у нас убийство. И, похоже, убит офицер с этого объекта. — Следователь кивнул в ту сторону, откуда они пришли. — Это же объект ГРУ, не так ли?
Юрий, не торопясь отвечать, внимательно посмотрел на Максимова и потом произнес:
— Верно. Это секретный объект. База ГРУ. Больше я тебе сказать ничего не могу.
Он достал из кармана пачку сигарет и закурил.
— Семен, про убийство расскажи? Кто убит?
Максимов полез во внутренний карман пиджака, достал оттуда фотографию и протянул Юрке.
— Знаешь его? — ответил вопросом на вопрос следователь.
Юрка внимательно посмотрел на фото и молча вернул. Не торопясь отвечать, он глубоко затянулся и выпустил струю сизого дыма в лобовое стекло. Потом, посмотрев на следователя, коротко кивнул и вновь молча уставился в окно. Через некоторое время он заговорил:
— Это секретная информация. И, естественно, я тебе ничего не говорил.
— А ты мне ничего и не говорил, Юр.
— Семен, похоже, это очень скверная история. — Юрка кивнул на фотографию. — Ты даже не представляешь, насколько. Я обязан немедленно сообщить об этом своему начальству. Думаю, это очень серьезно.
— Я предполагал что-то в этом роде, — вздохнув, произнес Максимов. — Было у меня такое предчувствие.
— Хорошо, — коротко произнес Юрка. — Вот ваши удостоверения, поезжайте восвояси.
Максимов забрал корочки.
— Семен, — кагэбэшник обратился к следователю, как только тот открыл дверь уазика, — надеюсь, ты понимаешь, что это дело у вас заберут? И заберут немедленно. Пойми, это уже наша епархия. Убит сотрудник ГРУ. Этим делом будет заниматься исключительно кагэбэ.
— Да все нормально, Юр. — Максимов хлопнул старого товарища по плечу. — Я все прекрасно понимаю.
— Ну, если понимаешь, тогда держи. — Юрка улыбнулся и протянул руку.
— Удачи тебе! Увидимся еще! Я тебя найду, — на прощание произнес Юрка, когда Максимов покидал уазик.
Продолжении следует...
Роман публикуется в сокращенном варианте.
Книга Александра Бергмана "Вояж цвета спелой вишни".