В нашей жизни всякое бывает

Случай первый. Вагон

Учился я в Пермском военном авиационно-техническом училище по вооружению. Память о том времени хранит только чувство благодарности за внимание всего руководящего и преподавательского состава к курсантам, организацию всего учебного процесса и всего того, что связано с училищем на Бахаревке.

Учеба была напряженной, но интересной. Вооружение на Ту-16 было внушительное по сложности, по огневой и бомбовой нагрузке и по системам управления. Послеобеденное время было отведено самоподготовке и конечно спортивным занятиям. На 3-м курсе самоподготовка проходила в творческом духе. Схемы систем управления занимали в классе все стены и курсанты с большим интересом с указками из алюминиевых трубок путешествовали по этому огромному полю проводов и специальных устройств. Общая длина проводки только по системам вооружения составляла около 60 километров.

Кроме этих занятий были еще практика подрывного дела, ночные занятия на самолете в сильные пермские морозы. Техники всех систем самолета должны были выполнять все работы в любых условиях. Мы были практически готовы приступать к реальной работе на своих должностях в авиационном полку. Положение изменилось после решения верхов и мы почти все были направлены в Ракетные войска, которые только что формировались.

Вернемся к Бахаревке. Курсанты не только учились, но и выполняли множество других дел. Убирали снег, которого в Пермском крае всегда было больше, чем надо, убирали территорию, выполняли наряды на кухне. Надолго запоминалась, наверное, чистка картошки, когда до утра надо было очистить гору. Начиная ее, не представлялся конец этой работы. Приходилось и разгружать вагоны с углем, с оформлением «габарита» и конечно караульная служба.

Вот мой первый случай со смертельной опасностью и связан с углем. Самый отдаленный пост часового был определен для вооруженной охраны выгруженного угля, чтобы местное население не растащило его по своим дворам. Прибегали иногда девочки с ведерком, прощебещют «можно чуть-чуть уголька», а других попыток не было.

Примерно через километр находился завод сухой штукатурки, к которому был проложен рельсовый путь и часовому приходилось стоять на этом пути ближе к углю. Выше этих путей проходила железнодорожная трасса Москва-Пекин. Вот однажды ночью по этому пути проходил очередной поезд. Весело стучали колеса вагонов, освещенные окна которых вызывали у меня зависть к пассажирам. Поезд уже прошел, стук колес сначала утих, а потом начал раздаваться все ближе и ближе.

Я услышал его за спиной и оглянулся. На меня надвигался вагон без всяких сигналов, ни световых, ни звуковых. До наезда оставалось 3-4 метра и я прыгнул в сторону, вагон бесшумно проследовал мимо меня. Я тогда даже не испугался, но потом через годы вдруг оценил возможные последствия.

Этот вагон с материалами для завода сухой штукатурки толкали с горки товарной станции и он по инерции докатывался до ворот завода и там его чем-то останавливали. Я тогда не придал особого значения этому случаю и даже не доложил начальнику караула. Много лет спустя на товарной станции под Вильнюсом под вагон, пущенный с горки, попал наш прапорщик. Мне пришлось заниматься его похоронами и тогда я понял, что со мной могло случиться.