Знаешь, сколько людей в данный момент живут в Церкви, даже не подозревая об этом? Телом они вне храма, но душой они здесь, об этом свидетельствует их состояние, качество их души. Часто их можно увидеть в барах, в ночных клубах, скитающихся здесь и там. Некоторые из них принимают наркотики, вступают в различные связи, оказываются в сомнительных компаниях и обстоятельствах. Несмотря на это, они очень близки к познанию Бога. Всего лишь тонкая грань отделяет их от того, чтобы искренне ухватиться за Него и сказать: «Господи, помилуй меня, помоги мне. Я пропадаю! Прими меня в объятия, согрей меня». Эти люди близки к тому, чтобы обновиться — стать преображенными, смиренными, с ощущением благости в сердце и с умиротворением на лице.
Я говорил, что притча о блудном сыне вдохновляет меня, но она и порождает во мне сильные угрызения совести. Дело в том, что отеческая любовь и объятия, которые Бог являет миру, должны исходить от людей в храме. От меня, от тебя, ведь это мы — люди Церкви.
Господь оставляет нас на земле и говорит: «Чада, вы должны являть миру Мой добрый лик, Мою милость. Не забывайте об этом!
Ваша задача — показать людям Мою отеческую заботу, заключающую в себе и материнскую любовь. Дарите всем Мою доброту, тепло и понимание, Мое сострадание, сочувствие и прощение».
И я спрашиваю себя: где же все это? Реальность совсем иная: приходящие в храм смотрят на нас и делают вывод, что мы какие-то мрачные люди, которые будут их ругать и наказывать. Либо, может, мы сначала их примем и простим, но потом скажем: «Да, но…» То есть я, конечно, тебя прощаю, но отныне ты должен будешь делать первое, второе, третье. И начинаем требовать, ругаться, критиковать, накладывать епитимии. А молодой прихожанин удивляется: «Где же вся та доброта, которую ты проявил по отношению ко мне? Чем же было такое доброе начало? Эти улыбки, которые я видел, и прекрасные фразы типа „приди к нам и ощути красоту“, где все это?»
Мы в храме. Но при этом зачастую мы похожи на старшего брата из притчи. Он был прилежным сыном, но совершенно непохожим на своего отца. По сути, он был гораздо более блудным сыном, нежели его младший брат. Он жил дома, но не ощущал и не искал любви отца. Жил дома, но был эгоистом и не умел любить ни отца, ни отсутствовавшего брата. Он не ждал его возвращения, он чувствовал себя отстраненно, не ощущая единства, обособив свою судьбу. Он говорил: «Меня не интересует мой брат, моя жизнь иная. Я живу здесь и тружусь, я правильный сын». Он был в доме, но сердце его было далеко.
А младший сын ушел, но любил своего отца. Когда он был маленьким, между ними существовали настоящие узы любви. В его душе остался этот след. Отпечаток той, детской любви следовал за ним, куда бы он ни шел. Отец уважал его желание и позволил ему уйти: «Иди, сын мой». — «То есть, отче, ты не любишь меня?» — «Я очень тебя люблю». — «Но ты хочешь, чтобы я ушел?» — «Вовсе нет». — «Тебе не больно, что я ухожу?» — «Мне больно». — «Тогда почему ты ничего не делаешь, чтобы остановить меня?» — «Я делаю, чадо мое». — «Что именно?» — «Я уважаю тебя. Если ты сейчас посмотришь мне в глаза, полные слез, если ты сможешь заглянуть в мое сердце, ты удивишься. Но твоя воля важнее. Все мои желания стоят после твоей свободы. Главное — твоя свободная воля». — «Но каковы твои желания?» — «Я хочу, сын мой, чтобы ты оставался со мной, поскольку ты любишь меня. Но поступай, как ты хочешь, я все равно буду с тобой». — «Как же ты будешь со мной, отец? Ты же останешься дома. Я ухожу, я буду кутить, пить, гулять с женщинами». — «Я буду с тобой». — «Но как? Уже сейчас ты прощаешься со мной, я удаляюсь и вижу, как ты машешь платком, я иду все дальше и дальше и уже исчезаю из поля твоего зрения». — «Я буду с тобой, потому что буду любить тебя. Остаюсь здесь, но незримо буду и там.
Не стану давить на тебя, обвинять, душить угрызениями. Не буду беспокоить, требовать. Я буду невидимо окружать тебя бесконечным терпением и бесконечной любовью».
Можешь ли и ты чувствовать так же? Оставь в покое свое дитя, своего мужа, свою жену, пусть они делают свой выбор и принимают свои решения. Не дави ни на кого. В этом главный вопрос: ты переносишь свои проблемы на других. Не заглядывая в свою душу, пытаешься заглянуть в чужую. Никто не виноват, что ты несчастлив. Никто не виноват в той пустоте, которую ты ощущаешь в своей душе. Ты постоянно винишь обстоятельства, но ведь невозможно, чтобы все вокруг были виноваты. Ты сам во всем виноват.
