Кришнаитский ашрам во Вриндаване, в котором я некоторое время жил, открывает свои двери абсолютно для каждого, кто нуждается в еде. Как правило, в любой приём пищи как минимум четверть прихожан это новые посетители. Это и бездомные, и нищие, и другие категории людей, например, садху (они по духовным соображениями отреклись от всего мирского). Были даже туристы. Стабильно, каждый день ходила целая русскоговорящая семья из четырёх человек. Я жил в ашраме на правах гостя, вот здесь я пишу, как меня приняли в семью. Всех без исключения приглашают к столу, точнее к полу - культура питания, конечно, достаточно специфическая для нашего понимания.
В один день, в обед, я уже не стесняясь, как первое время (всё детство меня учили, что кушать в гостях плохо, тем более злоупотреблять гостеприимством на продолжительной основе), занял одно из мест в длинном ряду тех, кто не в силах больше быть голодными. Справа сидел немногословный по жизни житель ашрама в шафрановых одеждах (Брахмачарья - тот, кто принял обет безбрачия), имя которого я так и не запомнил из-за специфичности (каждому преданному в момент инициации дают уникальное духовное имя). Честно сказать, единственное имя, которое отложилось в моей памяти - это Абирам - русскоговорящий парень моих лет, который уже много лет живет здесь и является по моим оценкам тем, на ком держится вся хозяйственная часть. Слева сидело очередное новое лицо в гражданском. Он был активным ровно настолько, насколько позволяла ситуация, то есть на 3 из 10.
Мы как-то быстро нашли общий плохой английский язык, и наконец стало чуть более комфортно. За чередой неочевидных, тонких шуточек сродни иронии, он обратил моё внимание на паренька, сидевшего в противоположном ряду. И только теперь я увидел, что, да, он постоянно смотрит на меня. Это был молодой индиец лет двадцати двух на вид, с приветом из цыганского генофонда, в белоснежных одеждах и манерами дамы из высшего общества. Он был во многочисленных индийских украшениях, уши его были проколоты по всем фронтам, а голову покрывала тонкая ткань его одеяния. Холеный, лощеный, он так и не сводил с меня глаз.
Нет, ну мало ли, я ведь явно не типичный персонаж для этого места, выгляжу странно, дресс-код не соблюдаю и хожу в своем - конечно, я могу вызывать интерес у людей, особенно у молодежи с гипертрофированным интересом к жизни. Но по словам моего соседа, мне стоит остерегаться моей наивности, и что интерес безусловно присутствует, но не тот, который мне кажется. Мне стало чуточку страшно, и я решил всё-таки не пересекаться с ним от греха подальше.
Я кушал медленнее обычного, и дождался пока паренёк покинет место приема пищи. Потом ещё провозился в ашраме минут десять, и только после этого пошел на торговую улицу, чтобы выпить чаю. Казалось, времени должно было хватить, чтобы наши дороги разминулись уж точно наверняка, но я ошибался. Он стоял возле входа в ашрам и ждал меня.
Я прикинул масштаб бедствия и план побега. В разговоре выяснилось, что идти по пути нам минут десять и я смирился. Он рассказывал про себя, про жизнь, про то, что родителей у него нет, а во Вриндаван приехал к друзьям в гости, к верующим себя не относит и зарабатывает на жизнь услугами массажа. Знаем мы эти ваши массажи! Я рассказал о себе и в финале общения услышал приглашение на массаж и очевидные намёки на более близкое общение, что это близко, да ещё и бесплатно. Бог наградил меня образным мышлением, и картинки в моем сознании полетели сами собой. Пока они летели, я коротко и внезапно попрощался и ушёл к первому же магазинчику. Надеюсь ему удалось найти то, что он хочет, я же нашел на прилавке магазинчика серьгу в своё ухо и посмеялся абсурдности ситуации.
Благодарю за то, что Вы со мной. Поставьте отметку «нравится» и подпишитесь на обновления моего канала - так Вы не пропустите новую публикацию. Путешествуйте в новые места, знакомьтесь с новыми людьми и будьте счастливы. С уважением, Александр :)