"Солнечный удар" - последнее творение Михалкова, как режиссера. Данная картина нисколько не изменила традициям лучших "булкохрустных" шедевров. Впрочем, помимо очевидных, уже избитых посылов, есть здесь и авторский арт-хаус Михалкова, проклюнувшийся еще в "Предстоянии".
Повествование делится на две части. Это толпа офицеров в Крыму, которые пошли на сделку с красными, решив после падения режима Врангеля уплыть из России. Это, как бы, настоящее время. Кончается все тем, что они никуда не уплывают, а их, погрузив на баржу, просто топят.
Как говорится, "все по секретным документам".
Второй же слой повествование относится к личному нарративу одного из офицеров, который проходит флешбэком через весь фильм и занимает примерно половину трехчасового хронометража.
Иной цели кроме как показать, как было хорошо "до", у данного флешбэка нет. Но это, в принципе, ладно. Но вот то, что нам примерно полтора часа рассказывают про курортный роман офицера, которого мы даже не знаем, это, по-моему, финиш.
Офицер, прошлое которого нам раскрывают, в "настоящем" не выделяется вообще практически никак. Только стоит со смурным фэйсом и о чем-то высоком размышляет.
Есть же там беспокойный ротмистр, которому войны все мало. Или, например, трусоватый полковник, готовый не только принять поражение, но и искренне принять власть Советов. Подпорутчик с собакой, таскающий с собой чемодан "необычных" сигарет. Веселый юнкер новым фотоаппаратом. Или весьма гуманистически настроенный флотский офицер. Все эти персонажи живые и видно, что за каждым есть своя история. Но вместо этого зрителю пихают предысторию пустышки, который, кроме ухлестывания за весьма красивой барышней, ничем не занимается. Серьезно. Такое ощущение, что Михалкова прострелил "вьетнамский флешбэк" из "Цитадели", и он решил повторить свой трюк с личной жизнью генерала Котова, которая была никому не интересна, только в еще большем объеме.
Если отбросить какую-либо идеологическую составляющую, то повествование про потерпевших поражение и вынужденных покидать страну офицеров в сто раз круче и интереснее всей этой лабуды.
Однако, к сожалению, отбросить идеологическую составляющую невозможно. Фильм ею буквально пропитан.
Белых Михалков позиционирует исключительно как честных, благородных и образованных людей. Голубую кость и белую кровь, которая почему-то проиграла. Почему? Да слишком добрые были.
Эта мысль очень четко раскрывается в ходе спора между беспокойным ротмистром и "добрым" флотским офицером. Оказывается, надо было быть просто чуть жесще. Больше стрелять и вешать. Тогда бы все было и балы, и шампанское, и юнкера, и хруст известно чего.
Среди элиты царской России действительно было распространено некоторое сочувствие к революционерам. Вот только это никак не мешало карательной политике царского режима против собственного народа.
Вспомнить хотя бы то, сколько крестьян пострадало в период с 1900 по 1903 год. От голода, от эпидемий, от царя и его солдатиков. Или про известные "подвиги" Семеновского полка в Москве в 1905 году.
Уж сколько вешили, стреляли, пороли. Но всех, как говорила Зоя Космодемьянская, "не перевешаете". Не может государство вечно тушить экономические проблемы, не исправляя ничего в экономике.
Ну и конечно же Михалков взял и в очередной раз, походя, обмазал дурнопахнущей субстанцией реальных людей. При том, совершенно незаслуженно.
Я говорю про Розалию Самойловну Землячку, Белла Куна и Ивана Папанина. Последнего в кадре нет, но все, кто в курсе тех событий, знают, что он тогда был председателем ВЧК на полуострове, значит, якобы имевшее место быть затопление барж и на его совести тоже.
Почему "якобы"? Да потому, что впервые о подобного рода казни мы узнали от белоэмигрантского "историка" Мельгунова, который в красках живописал, как большевики всех в Крыму убили.
Ссылался, при этом, Мельгунов на белоэмигранские газеты. Вот такой вот "объективный" источник. Ни барж, ни тел никто не видел, ни в каких документах это не зафиксировано.
А сам Врангель прямо писал, что эвакуировал практически всех офицеров.
Я понимаю, что среди зрителей Михалкова много людей, для которых еврейское имя, как красная тряпка для быка. Которые считают, что люди этой национальности априори виновны во всех смертных грехах.
Но, народ, будьте адекватнее. Почему евреи должны быть хуже татаров, якутов, немцев? То есть, любых других нерусских.