Хотя он работал дворником, но снег любил. Особенно такой, как сегодня – лёгкий, пушистый…
Он давно жил один в квартирке на пятом этаже. Весь двор звал его дядя Вася.
… Сначала он очистил ступени у подъездов, затем стал чистить тротуар. Снежная пыль взлетала, искрилась.
И эти холодные искорки напомнили вдруг детство, зимние радости – санки, коньки, катания с горы.
Горки были в каждом дворе – сложенные из снега и залитые водой.
А почему теперь-то их не стало? В его дворе нет никакой площадки для детских игр. Нет даже песочницы. Поэтому, летом детишки толкутся у подъездов, бегают по крышам гаражей, те, что постарше – режутся в карты, бренчат на гитарах. А зимой детей вообще во дворе не видно.
Он решил сделать горку. Не откладывая, взялся за дело. Ему хотелось закончить её к тому времени, когда родители поведут своих чад в детские сады, школяры на учёбу побегут.
Он торопился. В некоторых окнах уже загорался свет.
Горка получилась хорошая, настоящая, как в детстве. Оставалось залить её водой.
Трижды спускался он с пятого этажа с полным ведром и поднимался обратно – тяжело, с передышками.
Пришлось после работы сунуть под язык таблетку и отлёживаться на диване, прислушиваясь к неровному бою сердца.
Вечером он видел, как дети катаются с горки: толкаются на ступеньках, несутся весёлой кучей вниз.
А ночью снова падал снег. Дядя Вася не спал. Побаливало сердце. Он смотрел в окно, на лёгкий лёт снежинок. И вспоминалось не только детство, но и вся его непростая жизнь.
Утром он, как обычно, почистил тротуар. Затем подобрал валявшийся в сугробе кусок фанеры и скатился с горки. Отряхнул штаны и пошёл домой.
Видевший его в окно сосед, усталый и злой от бессонницы, крутнул пальцем у виска и пробормотал:
- Опять у Васи крыша поехала.