Раньше было проще. Раньше ты хотел сказать человеку нечто приятное и ты говорил: "Мартин, у тебя галстук в горошенку!". И он улыбался тебе смущённо, дружески тебя приобнимал и вы шли в опочевальню. Сейчас как-то иначе всё, сложнее. Дискретнее. И Мартина уже нет. И галстука его. Он больше не рядом. Он где-то далеко, в пространстве бинарного кода.
Мартин не нуждается в теле из плоти и крови. Его лицо отражено в переплетение аватарок и статусов, его синапсы - микроблоги, его любовь - его партнёр и он просвайпан влево. Его душа может быть повторена, она не уникальна больше, но раздроблена на множество мемов, каждый из которых закрыт пеленой банальной субъективности.
Человек доконструирован. Человек хочет быть деконструирован.
Человек хочет, чтобы его разобрали на комплексы, триггеры, тренды и жажды; человек хочет, чтобы вы оценили его всего, от короны статуса FB до дикпика и диаметра бёдер. И когда он умрёт, он хочет чтобы сетевой администратор навесил на его авку чёрную ленту. Оставив жить в виртуальном пространстве фантом. Слепок всего, чем он был, монумент того, чем он стал. Проблема этики, т.е. отношения к данному явлению в том, что оно произошло СЛИШКОМ БЫСТРО.
Возможно ещё в 2014 (ох, помню, как вчера) ты писал статейку на лурке и шёл побираться в макдаке - а вдруг тот молодой человек не доест картошку?! А может быть, ты из тех, кто в 2012-ом пил "виноградный день" перед входом в клуб, поправлял неко-ушки, заправлял складки жирноватых боков в брюки и шёл искать с кем бы п̶о̶с̶о̶с̶а̶т̶ь̶с̶я̶ посоциализироваться хотя бы полчасика и, надеюсь, тот прыщ на лбу не заметят. Знал ли ты, что рефлексии необходимо проговаривать, моменты - скидывать в инстач, а личные границы - уважать?
Человек тогда и человек сейчас разнятся куда больше, нежели бумер и зумер, миллениал и центениал (исходя из того, что первый тандем больше про виртуальную мемную дифференцию, а второй - про конкретную, мирскую). Проблема в том, что даже родись вы в начале нулевых вы всё ещё живёте в условном Барнауле, Алтайском крае. И дело не в том, что виртуальная среда является этакой квазиреальностью - в пост-информационную эпоху реальнее симулякра нет ничего. Но наша ментальность, наша связь с прошлым (вернее с его отсутствием) порождает невероятный диссонанс между образом и субъектом.д
Мы можем сколь угодно долго лепить в каментах дискурс в стиле Выхинской критики французской мысли, но выйдя за пределы цифровой коннотации мы неизбежно оказываемся в подворотнях трупного реализма, с наркотиками, пришпилеными к подоконникам барыгой Михаилом; той кассиршей из Дикси, что продаёт тебе товар по акции, а ты и не хотел брать, а взял, а зачем? теми гопниками, что избивают в северной девушек, осмелившихся взяться за руки; бабками на лавках и бабками под иконами; геями в лагерях и гомосексуалами за алтарями.
Наши сладкие фантомы в сети, наши горькие души здесь. Наши умы, подбирающие лучшее, наш дорогой Мартин - и наша бедность воли, наша боязливость что-то менять.
Этика национальной сети пронизана дымом и зеркалами. Она - обманка, она - есть. И в тоже время район не знакомый, район не тот.
