Я пишу это письмо своей тете, заранее зная, что она никогда его не прочтет.
Милая М, легкая, как весенний ветерок, стойкая как сталь. Мы не часто приезжали к вам, но я помню каждую из поездок. Ты прожила 40 лет на отшибе, в одиноком домике без удобств, окруженном сплошной степью. Ты родила и воспитала 7 человек, одновременно занимаясь хозяйством. Ты когда-нибудь унывала?
Помню как ты вымывала огромное количество посуды сидя прямо на полу. Помню как колола дрова для печи, доила коров, много готовила.... Мне, тогда еще маленькой, не казалось, что тебе тяжело, потому что ты никогда не показывала тяжести.
Ты часто собирала своего мужа в разные, длительные поездки. Он не был злым, это нельзя назвать злостью. Я и не знаю как назвать сборы с помощью жены на перерывы отдыха от семьи и обязанностей, в объятиях других женщин. Этого определения нет в словаре, но я точно встречалась с подобным еще много раз, ведь это является нормой для людей нашей национальности. Единственное, что я знаю наверняка - ты и в подобных случаях не показывала боли, а только смеялась над его суетливостью. Моя хорошая М, сколько же в тебе сил.
Ты не давала в обиду дочерей, несмотря на требования кавказского общества. Тебе часто приходилось слышать о «излишней свободе» в их отношении (здесь подразумевалось не ношение платка и наличие телефона, либо возможность развестись с мужем-тираном), но подобные удары ты принимала стойко и защищала своих детей.
В какие-то моменты нам даже начинает казаться, что таких чувств как усталость, ревность и обида ты даже не испытываешь.
М, все 40 лет жизни в браке - 40 лет твердости духа и смеха над невзгодами аукнулись в тебе сегодня. Никто не прилетел с письмом благодарности, тебе не вручили медаль за терпение, ты не стала героем нации, твоим именем не назван город. Твоя боль, копившаяся годами, распространилась метастазами по всему телу, сегодня я впервые вижу в твоих глазах отчаяние.
Дочери, которых ты так яро оберегала все эти годы, сегодня кружат вокруг тебя, надеясь на спасение. Жаль, что не все, ведь кто-то не может приехать к умирающей матери, так как муж не велит.
Ты все еще держишься и не жалуешься на жизнь, тебя выдает только безмерная грусть и пустота в глазах. Ты устала от окутавшей тебя боли, ты требуешь уколов по несколько раз в день. Ты оправдываешь мужа, который и сейчас не рядом, его слабостью.
Про тебя говорят "ма доьнал долш ю и", а я вижу перед собой человека, несправедливо страдавшего всю жизнь и несправедливо умирающего от боли.
Моя солнечная М, не сломленная до последнего вздоха. Пусть тебя снятся сны о вечной молодости и жизни без боли предательств.
